Ведьма

– Сюда можно пройти только в Яви, – доктор указал на верхнюю перекладину дверного проёма. Она вся была исписана рунами, некоторые я уже видела в ванной комнате, в которой Чара спрятала яйцо. Роман Аркадьевич согласно кивнул.

– А это мой компьютер, для входа также нужен пароль. И, предвосхищая ваш вопрос, нет, он не подключен к интернету, так что взломать его удалённо невозможно. А здесь я храню пробирки с биоматериалом и результатами исследований. Все они имеют порядковый номер, и, если бы одна из них исчезла, я бы сразу заметил.

– Вы делаете заметки от руки? – продолжал расспрашивать Роман Аркадьевич.

– Да, – врач положил на стол потёртую записную книжку, – с первых дней моей работы всё тут.

– Понятно.

И так это зловеще прозвучало.

– Роман Аркадьевич, – я схватила начальника за руку. Тот недоумённо посмотрел на меня:

– Что такое, Саша?

И как объяснить вдруг охватившее меня предчувствие беды, тем более что сам начальник и станет её источником?

– Нет, ничего, – я разжала пальцы и отступила.

– Что-то не так? – Пётр Анатольевич тоже почувствовал возникшее в комнате напряжение и на его лице отразилась озабоченность.

«О, забвение! Если бы всё стереть!

Если бы всё прошлое могло умереть!»[1]

На первых строчках Пётр Анатольевич попятился назад, а потом вдруг замер, моргнул раз, другой. В растерянности осмотрелся по сторонам, будто в первый раз видит и со страхом спросил:

– Где я?

– Вы у себя на работе, – успокоил Роман Аркадьевич.

– Может быть, – согласился врач, – но я ничего не помню.

Он смотрел за тем, как начальник отсоединяет провода от системного блока.

– Забираем компьютер, вы же сами нас вызвали, чтобы его починить.

– А да? Не помню. Я ничего не помню! – в голосе мужчины звучала паника.

– Прежде всего заприте за нами дверь в лабораторию, – посоветовал Роман Аркадьевич, и Пётр Анатольевич послушно повиновался, – а теперь позвоните жене.

– У меня есть жена?

– Бану, – позвал Роман Аркадьевич.

– Что?

– Можешь найти телефон жены доктора и позвонить ей.

– Ладно.

– Ваша жена скоро приедет, подождите пока там, – Роман Аркадьевич кивнул на белое кресло в приёмной. Пётр Анатольевич послушно сел в него и как-то ссутулился, сгорбился, точно резко сдулся и уменьшился в размерах. Так же резко на его моложавом лице проступили морщины, и теперь он выглядел даже старше своих лет.

– Бану, как только закончишь, иди в машину. Саша, придержите, пожалуйста, мне дверь.

Я открыла дверь.