Кошмар на Басмановском проспекте

— Физически не могли уйти далеко.

— А если они разделились и потерялись в темноте? – выдвинула Лебедева не самую радужную гипотезу.

— Брось, – сказала Женя, освещая встроенным в мобильник фонариком дорогу. Сегодня будто специально вырубили всё уличное освещение.

Впереди, совсем недалеко от них, раздался женский визг, а после ещё один. И парочка матов в придачу.

— Они там! – вскрикнула Ева, и вся компания ломанулась на вперёд.

Кудрявая с розововолосой стояли около единственного открытого вагончика с едой и с ужасом смотрели на…обжаренную во фритюре голову.

ГЛАВА 7. Балконные песни

Голову директора, того самого, которого замещали в последние месяцы. Теперь стало понятно почему.

— Такого в столовке точно не увидишь, – неудачно разрядила обстановку Женя.

Ева вовремя зажала рот рукой. Макса вырвало.

— Какого чёрта… – выругалась Аня, мимолётно взглянув на друга, вытирающего рот рукавом куртки.

Стоявшие позади вагоны закрылись и через несколько минут от них и след простыл. Публика разошлась так же молниеносно.

Их окликнул неожиданно появившийся повар.

— Детки, уже поздно. Пора по домам, – он громко захлопнул дверцы на окошке выдачи, скрывшись от любопытных глаз.

Внизу вагона что–то затарахтело, и он быстро покатился по Басмановскому проспекту, оставляя после себя лишь клубки дыма.

Ева очнулась первой.

— Нужно вызвать полицию! – с дрожью в голосе сказала она. — Немедленно!

— Наши доказательства только что уехали. Если вызовем копов, то нас с таким заявлением быстренько упекут куда надо, – ответил Макс, с презрением смотря на лужу собственной рвоты.

Казалось, абсолютно всё в городе замерло. Из звуков осталось лишь дыхание нескольких людей.

— Это действительно произошло? – в никуда спросила Маша, пытаясь переварить увиденное.

— Мы ведь хотели уйти…и уходим, – Марго развернулась, собираясь покинуть проспект.

— Сначала объясни, какого чёрта вы убежали? – скрестила руки Валожина.

— Этот разноглазый мужик мог что угодно сде…

— С нами тоже! – не выдержала блондинка.

Ева подошла ближе и положила руку на чужое плечо, безмолвно говоря, чтобы она прекратила ненужный спор. Аня в бешенстве скинула её ладонь, продолжив.

— Никто не соображает в подобных ситуациях, что творит, – вступилась Разумовская. — Успокойся.

— Разве? Сообразят, если надо! – не отступала от своего девушка.

— Ань, сейчас это совершенно неважно, – Марго откинула назад мешающую прядь, одаривая подругу неодобрительным взглядом.