Охотники за потусторонним

Увы, но от куратора агентство получало лишь условную точку на карте и назначение старшего группы, а всё остальное им предстояло разведать самим. Благо, агентство быстро обрастало нужными связями, значительно облегчившими работу.

— Ду-у! Ду хаст! Ду хаст мищь! — заиграла из бардачка широко известная композиция, и Воронин потянулся за телефоном, одновременно прижимаясь к обочине и сбрасывая скорость. Достав мобильник, который использовался Георгием только для работы, он прижал его левым плечом к уху:

— На проводе.

– Ты там сидишь? — раздался из динамика звонкий голос Ольги.

— Болтаюсь. — угрюмо ответил Георгий. — Что случилось?

— В общем, мне удалось раздобыть дополнительную информацию по клиенту. Оказывается, он работает уборщиком в морге. Там же, неподалёку. Так что может подождёте, я уже позвонила Аркаше. Мое чутьё подсказывает, что дело серьёзное.

— Не переживай, мы вдвоём легко справимся. Всё, отбой! — на правах старшего группы приказал Воронин, и бросив взгляд в салон. Костя, свернувшись калачиком, беззастенчиво дрых, наплевав на жару, болтанку, и разумеется — работу.

Отключив мобильный, Георгий забросил его в бардачок, и притопил педаль газа. Морг, значит? Ну точно одержимый. С таким противником Воронину легче справляться в одиночку, чтобы невольно не раскрыть перед агентством свои увлечения запретными знаниями. Нет, не из-за отсутствия доверия, с этим как раз всё в порядке. Просто у каждого есть свои тайны. У кого-то они незначительные, а вот у Георгия даже не секреты, а скорее проблемы, которыми лучше ни с кем не делиться.

А Синёв пусть отдыхает, ему полезно.

— Меньше знаешь, вкуснее шаверма. — пробормотал Воронин, и улыбнулся сам себе в зеркало заднего вида, из которого на него взглянули тёмно-карие, колючие глаза. Из-за тонкого горбатого носа незнакомый человек принял бы эту улыбку за хищный оскал.

***

На место прибыли, когда жара вошла в полную силу. Чтобы напарник не сварился заживо в салоне, Воронин отыскал укромное место, загнав УАЗ в тень от высотки.

Забрав ключи от машины, выбрался наружу. Извлёк из кармана черный портсигар, достал из него сигарету. Чуть помял фильтр в пальцах левой руки, пока правой доставал бензиновую зажигалку. Ольга строго-настрого запрещала курить в салоне, и в агентстве почти все выполняли это неукоснительное правило. Кроме Кости, за что Синёв регулярно получал нагоняй.

Закурив, Георгий осмотрелся. Прищурился на солнце, скользнул взглядом по окнам дома, нахмурился.