Тонкая нить предназначения

На лице Лики невольно промелькнуло облегчение, тогда как Марина не смогла скрыть досады.

– Войдите!

Дверь приоткрылась, и в проеме показалась голова Олега.

– Извините. Лика, ты скоро? Нам уже пора.

– Да, Олег, сейчас…

Он, удовлетворенно кивнув, ушел, а Марина требовательно уставилась на Лику. Неужели та уйдет, так ничего и не объяснив?!

– Марина, я тебе все расскажу, но позже. Дай мне немного времени, чтобы кое в чем убедиться. Уверена, мы еще встретимся.

– По‑моему, это нечестно – оставлять меня без объяснений.

– Я же сказала, что позже. – В голосе Лики впервые прорезалась сталь. – А пока тебе лучше воздержаться от прогулок к усадьбе. Это даже не рекомендация, а приказ. В целях твоей безопасности. А еще лучше, если ты уедешь отсюда как можно скорее. Мы встретимся в Москве и там поговорим. Уверена, Олег уже взял контакты у твоего молодого человека, так что не потеряемся.

– Лика… – воскликнула Марина, но женщина уже встала и направилась к двери. На пороге она, однако, задержалась и кивнула на портрет:

– Нехорошая это вещь.

Нельзя ей тут находиться.

– Это вы хозяйке скажите, – буркнула Марина.

– И скажу. А тебе еще раз наказываю не соваться к усадьбе, как бы тебе ни… хотелось.

Она ушла. А Марина еще с полминуты недоверчиво смотрела на прикрытую дверь, словно ожидая, что Лика вернется и наконец‑то даст нормальное объяснение и своему визиту, и тому, что произошло в этой комнате. Но нет, никто не вошел, из кухни донеслись обрывки прощальных разговоров гостей с хозяйкой и прозвучавшая слишком громко просьба Алексея созвониться позже, обращенная то ли к Олегу, то ли к Лике, а то и к ним обоим.

– Черт знает что, – выругалась тихо Марина и стукнула по матрасу кулаком. Недоумение и разочарование сменились злостью, похожей на ту, которая овладевала ею после просмотра интересных сериалов, полных загадок, но со «слитым» финалом. Только сейчас все обстояло куда хуже, потому что дело касалось сценария ее собственной жизни.

Похоже, Лика что‑то знала, но говорить не захотела. Что может быть хуже подобной ситуации? И, главное, Марина в этот раз даже не могла «переписать» историю на свой лад, как в случаях с сериалами, так как у нее ничего не было, только завязка – непонятная, расплывчатая, ускользающая, как предрассветный сон. А Марина была сильна только в придумывании альтернативных финалов, но никак не в развитии истории с самого начала.