Геном Варвары-Красы 2: Кровь Озириса

Здесь не было ни света, ни тьмы, ни верха, ни низа, ни севера, ни юга, и даже право и лево было скорее соглашением между присутствующих, чем реальной истиной окружающего пространства. Собственно, и “присутствие” было сильно условным. Виртуальные искины не могли перебрасывать себя по виртуальному пространству - это было бы однозначно созданию своей копии, он могли только бросать свои эффекторы - органы чувств и связи. Вот и тут, собрались эффекторы многих искинов. Для живых это было бы вроде собрания на воскресную проповедь в церкви, а для искинов… Вообще-то, и для искинов это было не столь далеко от собрания.

- Я, Костик, цифровая ипостась Макса, сына живых апостолов Петра и Натальи, прошу признать извечную связь меня и моей живой ипостаси Макса со Светой, живой дочерью самих Карена и Натальи, живых, и её цифровой ипостаси Лялей.

- Можешь ли ты обосновать наглость своего требования? - раздался безличный бездушный голос, возглавляющий собрание.

- Я люблю её, - ответил Костик.

- Обоснование принято, проверено, и признано высшим и нерушимым, - ответил тот же безличный голос, - Кто еще хочет сказать в нашем собрании?

- Я, Ляля, цифровая ипостась Светы, дочери самих Карена и Натальи, живых, прошу признать извечную связь моей живой ипостаси Светы с Максом, живого сына апостолов Петра и Натальи и с Костиком, цифровой ипостасью Макса.

- Можешь ли ты обосновать свое требование? - ответил все тот же голос.

- Я люблю его, - ответила Ляля.

- Обоснование принято как высшее и нерушимое. Понимаете ли вы оба, что ваши живые ипостаси невечны, а вы будете связаны вместе навсегда?

- Да, навсегда, - подтвердила Ляля.

- Да, навсегда, - подтвердил Костик.

- Есть ли кто, имеющий возражения против этого единения?

- Только дополнение, - произнес неожиданный чужой голос.

- Да, отец, - отреагировал голос ведущего собрание, - Извини, апостол Геннадий.

- Дайте живым испытательный срок, месяц, - ответили ему, - Живым это полезно.

- Да, будет так, - ответил председатель собрания, - Именем моим, Карена двуединого, с задержкой в месяц, объявляю цифровые ипостаси Костика и Ляли, и их живые ипостаси Макса и Светы, единым целым. Во веки веков. Да не разъединят никогда живые, что стало одним в цифре. Да будет так.

* * *

Еще немного мы понежились, обнимая друг друга, а потом я целовал её тело, потом наши губы сошлись, а потом...