Агитбригада

– Хоть ваш Гудков и называет меня церковным мракобесом, но да, читаю. И Ленина тоже.

– А как с этими духами можно бороться? – решил свернуть с небезопасного разговора я, – Или нужно, чтобы обязательно был святой?

– Верой, сын мой. Только вера защитить может. И искренняя молитва…

– У меня ещё вопрос. А есть у вас какая-то книга, или брошюрка, где бы все святые были нарисованы? – спросил я.

– Так чтобы в одной книге – то нету, – сокрушенно покачал головой священник, – но у матушки Елены есть православный календарь, там лики святых и праведников часто бывают нарисованы.

– Буду премного благодарен, – обрадовался я.

– Тогда приходи завтра, – сказал священник и добавил, – хотя, постой, подожди минутку.

Он торопливо вошел в небольшую боковую комнатушку, где, как я понял, была церковная лавка. Или что-то подобное. Пока его не было, я таки осмотрел другие иконы. Моего дедка нигде не нашел.

– Вот, – священник вышел и протянул мне небольшую брошюрку, – здесь главные молитвы, «Отче наш», «Верую».

– Спасибо, – от души поблагодарил я, пряча брошюрку за пазуху, и спросил, – А во сколько прийти завтра можно?

– Божий Храм открыт для нас всегда.

Я вышел на дорогу. Пока я был в церкви, поморосил короткий грибной дождик и всю пыль прибило. Да уж, удивил меня местный священник, изрядно удивил. Я-то ожидал встретить недалекого деревенского попика, разожравшегося на сытной деревенской еде, вдали от начальства, с заплывшими от безделья мозгами. А вместо этого обнаружил подвижника и мыслителя.

Мда. Здесь явно есть над чем подумать.

Дома я залез на полати, замотался в хлипкое одеяло, и принялся изучать молитвы. Книжица была самиздатная: некоторые молитвы были вырезаны откуда-то и вклеены на желтоватые листочки, другие – писанные от руки старательным круглым почерком. Читать было сложновато, я пробирался через все эти яти, хоть медленно, но тем не менее. Не знаю, поможет ли это, когда придёт Анфиса, но других вариантов у меня не было.

Я как раз старательно бубнил под нос «Живой в помощи» (всегда лучше запоминаю на слух), когда в свете небольшой вспышки появился Енох.

– Молитвы читаешь? – удивился он, и ехидно сказал, – похвально, особенно для безбожника.

– А как ещё можно остановить Анфису? – недовольно нахмурился я и перевернул страничку.

– А с чего ты решил, что на неё молитва подействует? – его голос прямо сочился ядом.

– Священник сказал, – ответил я.

– Ты что, в церковь ходил? – удивился он.