Агитбригада

Пока не придумал как, но знай, я человек благодарный.

– Это он правду говорит, – подтвердил призрак, – Гераська всегда таким был. И батя его, Ванька, хоть и шебутной был, но тоже благодарный. Порода такая у нас, сомовская.

– Хорошо, – кивнул я Герасиму.

– А теперь, Геннадий, извини меня, но нам с дедой поговорить надо! – сообщил мне Герасим, азартно потирая руки, – столько всего накопилось.

Серафим Кузьмич и себе возбужденно замерцал:

– Да, Генка, ты иди, а мы тут посекретничаем.

– До свидания! – сказал я и добавил, – только, Герасим Иванович, имейте в виду, сил у Серафима Кузьмича не так чтобы и много, так что долго он стрелку двигать не сможет.

– Сейчас проверим! – оживлённо сказал Герасим, пододвинул спиритическую доску ближе, а затем, вспомнив что-то, сказал мне, – Там Мария тебе молока и что-то перекусить на столе оставила. Так ты сперва иди в ту хату и поешь. Марии скажешь, что занят я. Пусть не беспокоит меня.

– Понял, – ответил я.

– Тогда иди уже! – нетерпеливо сказал Сомов и положил стрелку в центре доски.

Когда я закрывал дверь, услышал, как он тихо называл прадеда по имени.

Подслушивать я не стал, закрыл дверь с той стороны и пошел завтракать.

На агитбригаду я шёл в превосходном настроении. Мария оставила мне на столе кувшин молока, так что я выпил аж два стакана, и пшённый кулеш, целую тарелку. Налопался от пуза. Попросил немного молока для Барсика. Так что сейчас нёс небольшой кувшин – хозяюшка налила нам с Барсиком.

Красота!

Даже похожие на жгуты грязной шерсти облака уже так меня не раздражали.

– Ты где ходил? – хмуро посмотрел на меня Гудков. Лицо его опухло и было помято, глаза красные.

Вчера они вернулись поздно и полночи гужбанили у себя в доме. Я выходил до ветра и слышал шум.

Вообще, наши отношения с Енохом зашли в тупик. Общаться с ним было всё сложнее. Особенно после того, как у него появилась свобода перемещения. Помогать мне, и тем более служить, он не хотел, постоянно делал мне замечания и спорил. С тем же Серафимом Кузьмичем общаться было гораздо легче.

Поэтому с Енохом нужно было что-то решать. Такой формат отношений меня не устраивал.