Клиент с того света

— Кажется, наш обмоченный красавчик не понял, с кем  разговаривает, — пробасил детина и многозначительно хрустнул кулаками,  каждый из которых был величиной с голову гнома.

— Нас не представили, — пожал плечами я. — Меня  зовут Гэбрил, а у тебя есть имя или ты откликаешься на кличку, как животное?

В тот момент я не задумывался, какую реакцию это вызовет.  Впрочем, меня легко понять, стоит только оказаться на моём месте.

Детина побагровел. Ещё немного, подумал я, и его хватит  инфаркт.

— Меня так ещё никто не оскорблял, — взревел он.

Его свита отшатнулась и смотрела на меня, как смотрят на быка,  отданного на заклание.

— Всё в этой жизни случается в первый раз, —  философски заметил я.

Детина замолотил кулаками себе по груди. Странный способ снять  напряжение.

Я взглянул на него и хмыкнул:

— Теперь ты ещё больше напоминаешь вонючую лохматую  обезьяну. Твоё место на дереве, милейший, а не в обществе приличных людей.  Впрочем, сброд, который тебя окружает, на людей похож не больше, чем ты.

Кажется, я его достал.

— Ну всё, парень, прощайся с жизнью. — Детина резко  выдохнул и метнул ведро.

Хук! Оно со свистом пролетело над головой, чуть не испортив мне  причёску. Я едва успел отскочить. Посудина врезалась в стену со всей дури,  жалобно звякнула и сложилась, как картонная. Вместе с ней на пол свалился  здоровенный кусок штукатурки. Просто удивительно, как детина не пробил стенку  камеры навылет.

Я с облегчением перевёл дух и пожурил незадачливого метателя  вёдер.

— Зачем портишь казённое имущество? Оно же денег стоит.

До меня не сразу дошло, что делать этого не стоило ни при каких  обстоятельствах. Детина как с цепи сорвался. Он замолотил пудовыми кулаки с  такой скоростью, что я запарился уворачиваться. Пока везло. Попади я хотя бы под  один из них, меня вколотило бы в бетонный пол по самые уши, а мои редкие  ответные удары для мордоворота были не опасней чесотки.

Детине удалось постепенно вытеснить меня с середины камеры и  зажать в углу. Я понял, что влип, и приготовился к смерти. Мордоворот занёс  кулак и приготовился вбить последний гвоздь в крышку моего гроба. Я закрыл глаза  и стал молиться.