Все свои

Окна моей палаты выходили во двор Школы, поэтому того, что творится на улице, я особо не наблюдала.

А вот когда меня отправили в общагу, и я стала ходить на занятия, то обнаружилось, что снег уже почти полностью растаял, небо лазоревое и умытое, птички, заливаясь от счастья, поют про весну. Вот когда должно быть начало года!

В последнее воскресенье каникул, прямо с утра, меня отвезли домой. Из окна микроавтобуса я видела, что асфальт полностью высох, газоны покрылись мелкой светло-зелёной травкой, а деревья стояли в облаках нарождающейся листвы.

Я с заметным трудом поднялась на пятый этаж. Дома папа обнял так, что я чуть не задохнулась. А мама прослезилась и начала всхлипывать. Будто это её похищали и теперь надо срочно пожалеть. Страдалица невинная, блин. Знала ведь, что Зина задумала!

А в понедельник я пошла в лицей. С утра молебен. Свет в этот раз был намного ярче. Вот что пост животворящий делает! Но мне было хорошо. Даже стало тепло и легко. Мне хотелось раскинуть руки и взлететь, потому что было ощущение невесомости.

А потом всё кончилось, но ощущение тепла и счастья осталось.

Я вошла в класс и села на своё место.

— Ну и как там, в спецшколе? — Волегов ткнул меня пальцем в спину.

— Какой спецшколе?

— В которой ты провела предыдущий модуль. — Вот кто широко улыбался, не взирая на внешние обстоятельства, и, безусловно, был рад меня видеть.

— Выгнали меня из школы, — я отвернулась от Андрюхи. Но он не оставил попыток разговорить меня.

— Это почему? — Андрюха опешил.

— Обещали развитие интеллекта, а ставили на горох и пороли розгами. — Мне понравилась его реакция. И, чтобы закрепить её продолжила: — Я пошла искать справедливости. А меня сначала в карцер посадили на хлеб и воду, а потом отправили домой.

Андрей на мгновение задумался, но потом снова заулыбался.

— Шутишь?

— Шучу. — Я кивнула и широко улыбнулась. — Там только в течение недели у меня всякие анализы брали, чтобы проверить. Потом решили прогнать по всем тестам. Вот на месяц и затянулось.

Оказалось, переоценили мой потенциал. Сказали, учись, где учишься.

— А то я смотрю, ты бледная какая-то.

— Из тебя бы столько крови выпили!

Не видел ты меня, когда я из ворот обители вышла. Я тоже себя не видела. Но лица боевиков были красноречивее зеркала. Недосып, недоест — кого хочешь подкосит.

В этот момент прозвенел звонок на урок. И потекли обычные лицейские будни. Как же я по ним соскучилась, оказывается.

С оценками решилось элементарно.