Все свои

Его беспокойство переросло в состояние, когда очень нужно куда-то бежать и что-то делать. Но он не знал, что. Единственной маленькой радостью было то, что Юрке разрешили в воскресенье погулять. Он еле дождался этого дня, и поехал к Люсиным родителям.

Оказалось, что родители вовсе не беспокоились о Люсе. К ним приезжал человек из Школы ПСИ, который рассказал, что девушку премировали обучением в Екатериновском отделении до конца этого учебного года. Они даже документов никаких не подписывали — поверили на слово.

— Она не в Школе ПСИ, — Юра почувствовал, что у него садится голос. А в горле застрял ком. — Её похитили. Скорее всего церковники.

— А ты откуда знаешь? — отец как-то сразу подобрался.

— Я там был. Нас Зинаида сдала.

— …! — У отца глаза начали белеть от гнева.

— Вил, — мать кинулась его успокаивать. — Может это всё не так. Может Юрик ошибается.

— Не ошибаюсь, — Юрке была неприятна такая реакция.

— Ему незачем врать. Звони Соколовой.

— Я больше с ней не разговариваю.

— Я буду с ней говорить. — Вилен почти рычал.

— Хорошо, — мать с трудом согласилась.

Юрка решил, что в данный момент он ничем помочь больше не сможет. Он молча вышел и захлопнул за собой дверь. Конечно, мать Люси догадывалась, что Зинаида хотела сделать, а ещё она точно знала, куда её сестра отправила племянницу. Юра решил вернуться и поговорить с отцом.

Глава 19. Операция "Чи".

Целый час Юра бродил по району кругами. И, задумавшись, едва не вышел к своему дому. А там его могла встретить мать. Отец-то вряд ли так рано днём ходит по улице. Скорее всего спит дома пьяный после вчерашнего. Но, вовремя отреагировав, Юра свернул с опасного маршрута.

Когда парень позвонил в Люсину дверь, ему открыл отец. Он был уже более спокойным. Юрка начал сразу, с порога:

— Я хочу помочь.

Отец кивком головы пригласил его зайти в квартиру. Мать сидела на диване и вытирала слёзы. Но взгляд отца был жёстким. Он показал Юрке, куда можно сесть.

— Сестра очень хотела поступить в монастырь. Но её никуда здесь не брали, — начала говорить женщина. — Тогда она поехала в Москву. Там ей посоветовали одно подворье в самом центре столицы. Но туда её могли взять, если она окажет неоценимую услугу Церкви.

Женщина начала плакать и вытирать платком слёзы.