Необычное и обыкновенное

Потрепал бы по волосам, прищурился хитро и пошёл бы сам разбираться, кто это его внука стращать вздумал.

Но дедушке-то много-много лет было, а Лу только-только шесть сравнялось. Его и в школу-то взяли лишь потому, что некому было за ним присмотреть, пока отец работает сутками. И потому, что учитель Тан — его дядя и согласился взять в класс шестилетку.

На уроках Лу рассеян, отвечает невпопад и ужасно сердит учителя Тана. Тот хмурится, да только разве это важно, если в Городе лишний пруд, а сам Лу — трусишка?

Он обещает себе улизнуть с уроков, вернуться на ничейный пустырь и выяснить, что это за «чудеса из лужи».

Но учитель Тан, сердито топорща усы, точно сом, следит за ним внимательно. А после занятий велит нерадивому ученику остаться и сто раз переписать древние мудрости вроде «Главное видно не глазами» или «Учение — свет», а потом вымыть полы в кабинете и покормить карпов в школьном пруду.

Эх, да пока всё доделаешь, наступит ночь. Учитель Тан и его жена, конечно, оставят племянника ночевать.

И наверняка угостят сахарным печеньем, которое так вкусно готовит тётя. Но как же тогда быть со странным прудом? Кто-то ведь там смеялся и шептал!

Жуть!

Лу портит одну за другой пять страничек в прописи и чуть не опрокидывает ведро с водой, когда собирается мыть пол. Бросает и упражнения, и ведро и идёт за школу кормить карпов. А те осуждающе разевают круглые рты, хватая пищу, и смотрят с упрёком. То ли потому, что Лу до сих пор не разобрался с тем прудом, то ли, наоборот, потому, что он собрался с ним разбираться.

Но не пойти нельзя. Все говорят, что дедушка хранил Город. И что теперь следить за порядком некому, ведь Лу ещё совсем мал, а его отец и дома-то не бывает из-за работы: где ж ему найти время, чтобы о Городе печься?

Но Лу вовсе не маленький! В школу ходит и с домом справляется, пока отец на работе. Соседки, конечно, помогают ему стирать, приносят горячие пироги и рассыпчатую кашу на молоке, но ночует он один и крыланов один считает. Он уже большой и всё может сам!

Исполненный решимости, Лу ставит опустевшее ведёрко на краешек пруда и бежит к калитке, ни разу не оглянувшись.

Если оглянешься, можно увидеть уютно светящееся окошко домика учителя Тана и учуять, как пахнет из домика жареным мясом и свежей выпечкой. И тогда совсем-совсем не захочется идти туда, куда нужно.

За калиткой Лу смотрит в сторону старого парка: там так темно, что он решает пойти через площадь.

На площади Красных Рыб светло и людно.