Посейдон и Русалка

Лицо Зиты прямо на моих глазах стало трансформироваться в Анжелину Джоли и я поймал себя на мысли, что пришел тот момент, когда все женщины в одночасье почему-то превращаются в красавиц и становятся необычайно притягательными. Придвинув стул поближе к Светлане я почувствовал, как моё тело коснулось её тела. Страсть мгновенно закипела в моей груди, а инстинкт к продолжению рода, вздыбил тот орган, который в такие минуты начинал играть главную роль, заменяя мозг.

– А у вас не будет отдельного кабинета, – вспомнил я цитату из знаменитого фильма.

 – Мы, наше благородие имеем удовольствие накушаться, – сказал я, переводя свое тело в режим автономного покоя. Мой язык что—то лепетал. Девчонки смеялись. Зита почувствовав, что я «неравнодушен», прижалась ко мне, и положив мне голову на плечо, тихо запела прямо в ухо.

– А ты в ответ на мой обман найдешь еще кудрявее, а наш роман и не роман, а так одно название….

В ту минуту я ощутил как флюиды взаимного желания, окутали нас, предвещая приятные для тела минуты.

– А давай Шурик, я тебе погадаю, – сказала Гита, и взяв мою руку в свою, принялась нежно ее гладить. Её тонкие нежные пальцы скользили по моей ладони в поисках эрогенных зон, и я не выдержав такой сексуальной экспансии, покорно отдался её колдовским чарам.

– Ты ведьма? – спросил я подставляя ей руку для эротического экспресс анализа.

– Нет дорогой! Мать моя когда-то в молодости была цыганкой. Еще в детстве она обучила меня этому древнему ремеслу хиромантии и я могу с точностью до рубля предсказать твою судьбу.

– Ты можешь предсказать мою судьбу, как Ванга?

– А то! – ответила Марина Гита, и её острый, как скальпель ноготь стал скользить по линиям моей судьбы. Он скользил, словно указка учителя географии по карте мира, повествуя мне о будущем. Марина рассказывала мне о всей моей прожитой жизни. О нашем с Валькой браке, который наметил свое падение, словно это был Берлин 1945 года. Все её слова и удивительные по ощущениям прикосновения были настолько приятны, что я немедленно возжелал Гиту.

Моя рука безжизненно повисла и скользнув под стол, ощутила её коленки.

– Гита улыбнулась, и тихо завораживающе, сказала:

– Ты скоро умрешь! – сказала она, увидев на мой ладони знак приближающегося смертного часа.

От такой неожиданности я резко отдернул руку. Меня, словно ударил током электрический скат. Эта новость потрясла – нет, даже ошеломила меня. Хмель мгновенно испарился из моей головы, не оставив следа.