Русалки. Новенькая

– А я вот вожусь с этими проклятущими бумажками с восьми утра, – несколько нервно она провела указательным пальцем по боковой стороне внушительной стопы. Потом, видимо, вспомнив обо мне, поинтересовалась: – Ты что-то хотела?

Кивнула и, собравшись с духом, сообщила:

– Вчера, когда я мылась, мой хвост стал белым. – Это новость заставила Илину Владимировну полностью сосредоточить свое внимание на мне. О том, что в бассейне он был серо-синим, скорее даже серым, она явно помнила. – Ну, я спросила у Алины, но она не знала, чем это объяснить.

Тогда мы пошли к Наташе, я показала ей. – Смутившись под взглядом директрисы, несколько скомкано закончила: – В общем, она сказала, что я – хамелеон.

– Очень интересно, – протянула директриса. Удивленной она не выглядела. Кажется, она не слишком удивилась. – Я подозревала, что так будет – очень уж узор в поле характерный – но не была уверена, – она внимательно смотрела на меня и словно не видела. – Показывать не прошу, других причин для смены цвета быть не может.

– Значит, Наташа права?

– Права.

– И, явно предугадав мой следующий вопрос, пояснила: – Сразу после Превращения дар ещё слабо активен, в поле слишком мало энергии, и хвост обычно практически не хамелеонит, так что не удивительно, что я не заметила…

– А остальное? Я правда смогу становится невидимой?

– Маскироваться, – поправили меня. – У маскировки есть принципиальные отличия от невидимости. И да, сможешь.

– Круто!

– По полю тебя все равно будет видно. Любой магически одаренный заметит, стоит только посмотреть магическим зрением, – спустили меня с небес на землю.

– А ещё что-то? Ну, кроме неви… маскировки?

– Исключительно маскировка в разных её проявлениях. Наши дары не слишком-то разнонаправленны. Те же поисковики могут только отслеживать поле, сирены влиять голосом, целители исцелять, ну и так далее. – Захотелось узнать, кто по дару она сама, но спрашивать я постеснялась. – Но ведь кроме них есть ещё и магия. – Это действительно успокаивало.

– Я действительно единственный хамелеон на всю школу? Этот дар такой редкий?

– Да.

В шести из семи школ тоже сейчас по одному. Только у тритонов двое.

– Было бы интересно с ними познакомиться!

– С мальчишками или вообще с коллегами по дару? – подколола директриса. Я от такого немного растерялась, но она и не стала ждать ответа: – У тебя будет такая возможность: каждое лето хамелеоны из всех семи школ соревнуются в состязании по маскировке. Как впрочем, и русалки с другими способностями.