Русалки. Новенькая

А тетя Лена бы сразу догадалась! С крестной такие фокусы никогда не проходили.

– Да, конечно, – кивнула и первой поспешила к двери.

Мы уже сделали несколько шагов к выходу, когда меня окликнули:

– Света.

– Да? – обернулась.

– Потом вернись сюда, у меня есть несколько вопросов, – сообщила хозяйка кабинета. Я кивнула.

– До свиданья, – попрощалась мама уже у дверей. – Приятно было познакомиться.

– Взаимно, – ответила любезностью на любезность Илина Владимировна. Кажется, даже вполне искренне. – Счастливого пути.

– Благодарю.

Оказавшись в коридоре, накинули куртки и молча пошли к выходу из здания. Мне разговаривать не хотелось совершенно, а мама, думается, не знала, что сказать. Всё-таки из-за их постоянных разъездов, общих тем у нас было прискорбно мало.

Уже на улице она нарушила окружающую тишину. Подозрительную такую тишину, честно говоря. Но тогда я не обратила на это внимания.

– Надеюсь, на новом месте ты начнёшь новую жизнь и наконец возьмешься за ум, – и это не сбавляя шага! Стало обидно.

Я многое могла на это сказать, многое припомнить, но портить последние минуты перед расставанием новой ссорой не хотелось.

Поэтому с трудом выдавила:

– Постараюсь.

– И, надеюсь, ничего подобного той истории здесь не будет, – продолжала мама. Вот это я уже не могла простить. Но усилием воли всё же удержала рвущиеся с языка слова. Но она не унималась: – Можешь мне это обещать? Всё же это было очень неприятно, узнать, что твоя дочь затеяла драку! – Я ведь уже объяснила! И не раз, между прочим.

Она меня вообще слышит?! Или поставила себе целью напоследок вывести меня из себя? Что ж. Ей это удалось. Не замечая близкой грозы, мамуля напомнила: – И не забывай мне звонить!

– Обойдешься! – сорвалась я.

– Что? – от удивления она остановилась.

– Я сказала: «Обойдешься»! – повторила почти спокойно. Лишь на мгновение в голосе проскользнула ярость. – Если ты думаешь, что можешь безнаказанно делать и говорить мне все, что угодно, спешу тебя разочаровать. Я уже не ребенок. Да, мне недавно исполнилось пятнадцать, но это не означает, что я все прощу или даже не замечу того, как ты себя ведешь.

Вам с папой важна ваша работа, карьера, а вовсе не я! Так что нечего корчить из себя заботливую мамочку, которая волнуется за свою дочь! Будь честна хотя бы с собой!

– Света… – растерянно пробормотала она.

Я повернулась и пошла прочь. К общежитию. Не хочу её видеть! Хотя в глубине души я надеялась, что она пойдет следом, успокоит меня, прижмет к себе, объяснит все.