Хэллоуин. Ночь мертвых

Рядом с ним с ноги на ногу переминалась его беременная жена. Они пригласили меня в дом. Надо признаться, вкус у этих людей был отменный. В доме все было четко и гармонично расставлено, во дворе ухоженный газон и алые розы.

- Мы хотим переделать детскую. Вернее сделать еще одну из кабинета, а кабинет перенести на первый этаж. Мы тут выяснили, что у нас будет двойня: мальчик и девочка. Вот теперь хотим разные комнаты подготовить малышам, но не знаем, как лучше оформить. Там еще есть несущая стена в кабинете, а мне бы хотелось расширить пространство или как-то обыграть его, - вздохнула девушка, нежно поглаживая округлившийся живот.

Ольга на вид была моей ровесницей. Ее муж Ярослав весь вечер мне кого-то напоминал. Было в нем что-то знакомое, вот только не могла понять, где я видела этого человека.

- Ольга, Ярослав, не переживайте, все придумаем. Я вам сделаю проект, но для начала мне необходимо осмотреть дом. Вы не против? – уточнила я, поднявшись с мягкого кресла.

- Дарья, конечно! Давайте, я вам покажу дом, - кивнул Ярослав.

Он провел меня по первому этажу, потом пригласил на второй.

Я сделала наброски, записала размеры помещений. Вошла в кабинет, который предстояло переделать. Скользила взглядом по стенам, представляя, как лучше все здесь расставить, какие цвета подобрать, учитывая, что эта спальня будет для мальчика. Когда зацепилась взглядом за книжный стеллаж, у меня от неожиданности карандаш выпал из руки. Я замерла, не веря своим глазам. Часто заморгала, но видение не исчезло.

Показалось, что воздух закончился в помещении. На книжной полке стоял черно-белый портрет Эрика. Какой-то художник карандашом запечатлел его образ на бумаге. Меня бросило в жар, потом в холод. Взяла дрожащей рукой фоторамку, внимательно глядя на парня лет двадцати пяти. Военная форма, на груди ордена. Не могла оторвать взгляд от глаз Эрика. Они казались живыми, яркими, насыщенными. В углу портрета была подпись: «Награжден посмертно».

У меня в глазах потемнело. Ничего не понимала. Села в кресло, зажмурилась, сдавила пальцами переносицу, делая тяжелые вдохи.

- Дарья, вам плохо? – услышала обеспокоенный голос Ярослава.

Хозяин дома вошел в кабинет, видимо, чтобы узнать, как у меня продвигаются дела.

- Кто это? – спросила я безжизненным тоном, кивнув на портрет Эрика.

- Это мой прапрадед Эрик Лячин. Погиб в первую мировую войну в возрасте двадцати пяти лет. Пожертвовал собой, чтобы спасти своих боевых товарищей.