Станция "Самосуд"

— Вы знаете, как зовут дочь Чарльза? Как с ней связаться?

Колдун устало покачал головой, глядя в пол.

— Чарльз не любил говорить о ней. Но с-сорвалс-ся с места при первом же признаке опас-сности, — тихо добавил он.

— Закончим на этом, — суровым тоном произнесла Илинея и взглядом попросила Риду выйти из кабинета.

Помещение наполнил тихий шепот, растянутый и певучий. Пальцы зажали струны виолончели, что начали испускать едва видимое свечение, отливающее синевой и оттенками зеленого. Колдун резко поднял взгляд, исполненный первобытного ужаса и недоверия, на девушку.

— К-как? Откуда?!

— Я умею считать, — безразлично ответила Илинея.

В тщетных попытках защитить себя, колдун стал дергаться и изворачиваться, но хомуты честно выполняли возложенную на них обязанность. Смычок ударил по струнам, оглушая неожиданно громким для пустой академии звуком, и тело чародея обмякло безвольной куклой. Нежные движения по струнам несколько раз прерывались полуистеричным дерганьем. Бессвязная какофония звуков сливалась воедино, образуя пронзительный поток, проникающий в самое сознание.

Не спеша, девушка убрала инструмент в чехол и лишь затем открыла дверь в приемную, где мрачно и нетерпеливо топталась Рида. Она быстро вошла внутрь, вынула из сумки кусачки и обрезала «хвост» хомутов. Тонкогубцы осторожно подцепили алюминиевую ленту и с силой потянули вверх, раскрывая импровизированные наручники.

— Подумать только! Артефакт, призванный исцелять, обернулся кошмарной смертью... — прошептала Илинея, глядя на бессознательное тело.

— Надеюсь, ты его не прибила.

— Вроде, нет. Заклинание прочитано правильно, все должно быть нормально, — тихо ответила Илинея. — В любом случае, он пробудет в таком состоянии еще несколько часов, — колдунья внимательно следила за работой подруги и, когда та закончила, попросила: — Помоги перетащить его на то кресло… хотя нет! Оставим рядом со столом, пусть думает, что неудачно упал.

Рида хмыкнула и подхватила его под руки. Повозившись с бессознательным телом какое-то время и убрав все, что могло подсказать об их визите, девушки позволили себе выдохнуть. Брюнетка подхватила шкатулку с письмами, вернула монету на подложку, а саму коробочку отнесла в подсобку. После этих нехитрых махинаций девушки покинули уже пустую академию, заперев двери дубликатом ключей.