Темный контракт

— Думать вредно, — безапелляционно заявил врач, словно прописывал горькое, но необходимое лекарство. — Значит, сосед, говорите? И кто же вы такой, сосед?

Второй раз за день мне пригодились подготовленные визитки. Вот только в отличие от недавнего военного, доктор лишь мельком взглянул на бумажку и небрежно зашвырнул себе на стол. Не в корзину и на том спасибо!

— Полагаю, мои услуги могли бы быть вам… интересны, — я обвёл взглядом разгромленный кабинет.

— Не могли бы! Всё произошедшее — врачебная тайна, — обрубил на корню мои поползновения доктор, поправив на мне одежду и вернувшись за свой рабочий стол.

— Скажите спасибо, что не беру плату за осмотр ваших ран и проваливайте! Да, кстати, милая леди, обрабатывайте ожоги вот этим три раза в день, и через неделю следа не останется, — врач перекинул спрей, с которым трудился над служанкой. А вот к ней он был настроен более благожелательно, что сразу было заметно.

Уровень хамства из уважительного начал плавно перетекать в раздражающий.

И я решил это не скрывать: раз собеседник не утруждается вежливостью, будем играть по его правилам.

— Уйду я не раньше, чем пойму, во что по вашей вине мы оказались втянуты. Или вы думаете, эти череполомы, пришедшие сюда, забудут, кто не дал вас похитить? — судя по холодному взгляду доктора, его мало это волновало. Тогда я ударил по другому: — Или вы думаете, что я забуду о том как «во время вашего лечения, погиб Виктор Трощен», — вот тут уже во взгляде собеседника появились угольки ярости, и я решил снизить накал: — Учтите, если вы храните врачебную тайну, то у меня конфиденциальность гарантирована контрактом.

— У вас очень агрессивный маркетинг, — сквозь зубы процедил врач, смотря на меня уже другим взглядом, но оценить его было сложно.

— Мир таков, — позволил я себе улыбнуться, чувствуя за собой молчаливую поддержку Елены.

Щербаков пожевал губами, явно прикидывая: может, и на нас вызвать охрану? Или опасается, что наш разговор услышит кто-то лишний? Но если доктор не виновен, то и бояться сказать лишнего он не должен.

Вот только в какой-то момент врач расслабился, откинулся на спинку кресла и, словно бросаясь в омут, заговорил:

— Всё настолько банально, что я себя ощущаю идиотом в этой ситуации! Виктор Трощен и в самом деле находился под моим присмотром на домашнем стационаре… Вот только старику было почти сто тридцать лет! Он перенёс три инсульта и два инфаркта. Половина органов уже давно синтетическая.