Башня без дракона

Песня была о грешнике, способном выполнять тайные желания, кто разбивает сердца и создает иллюзии. Он хотел сказать, что это и правда подходит несносному фаэ, но Лорд уже куда-то испарился. Через несколько секунд его светлые волосы с черными концами мелькнули в проходе за сцену.

— Ушел Мину благодарить. Он любит эту песню. Ему вообще нравится, чтобы была история, было что рассказать.

От парня, тяжело приземлившегося на соседний стул, выразительно пахло болотом. Но запах, почему-то, казался вполне приятным, Джой потянул носом, разбирая оттенки сырости, влаги и подгнивших растений.

Парень широко улыбнулся в ответ, демонстрируя дыру в ряде зубов, и провел рукой по щедро сдобренным гелем волосам того оттенка русого, который кажется бесцветным. Говоря по правде, его и парнем-то можно было назвать с трудом. Скорее уж мальчишкой, которому только шестнадцать исполнилось на прошлой неделе.

— А ты? Любишь хорошую историю?

— Не знаю, — Джой пожал плечами, отпил колы и почесал ранки на колене, уже начавшие заживать, — Папаша мой любил сочинять песни с историей.

То про волшебные яблоки, то про русалок, которые заманивали путников в болото.

На последней фразе парнишка странно дернулся, но тут же снова заулыбался.

— Страшные истории я люблю. Знаю одну, это вообще-то случай такой был, прям взаправду. Слыхал про мужика, который новенькие сапоги с трупа снял, а хозяин обновочки за ней потом вернулся? Заставил заплатить, так сказать. Скупой платит дважды, смекаешь? – и он подмигнул как-то совершенно не по-мальчишески жутко.

— Запишу себе с трупов ничего не снимать, – отозвался Джой, впечатленный рассказом. – Мало ли, вдруг пригодится.

— Вижу, ты уже познакомился с Нилом, — довольно заявил Лорд, выныривая из толпы под руку с Миной в ярко-фиолетовой косухе поверх рваного платья.

— Нил мой братик, – банши подмигнула и потрепала парнишку по волосам. Тот даже не подумал увернуться. – Он у нас басист. Играет так себе, но зато девочкам нравится.

Гремящая музыка внезапно оборвалась с резким скрежетом, в толпе раздались крики. Из развороченного динамика в клубах дыма выползала тварь, похожая на таракана, но размером с большую собаку. Правда, у того, кто ее создал, явно были очень абстрактные представления о тараканах. Возможно, только о раздавленных. Чудовище шевелило уродливыми лапками разной длины и клацало жвалами. Музыканты бросились со сцены, побросав инструменты.