Гремучий Коктейль - 3

По крайней мере, рожи половых и прочих отворятелей дверей были настолько преисполнены чувства собственного достоинства, что я чуть было не подумал, мол вот оно, место, где работают на Руси князья. Тем не менее, служители великого жранья выгодно отличились от церковного привратника пониманием, кто к ним заглянул на огонек, поэтому кабинет нам оформили быстро, умело и почти ненавязчиво. «Почти» - потому что половой, сопроводив нас и отправив помощника за чай-кофе-потанцуем, принялся внимательно ждать, пока господа изволят совершить заказ.

Подчиняясь едва заметной жестикуляции Кристины, я заказал полноценный легкий обед с десертом, также поступила и бывшая Тернова, прислушиваясь к шепоту нашей таинственной спутницы. Та, судя по тому, сколько блюд я услышал, сдержанностью в желаниях пожрать тоже не страдала.

Да и вообще, с удивлением понял я, не страдала. После того, как нам принесли пищи на десяток человек в порциях, заслуживающих всякого уважения, скромная богомолица перестала сутулиться, содрала с головы платок и… оказалась высокой стройной милфой лет, эдак, тридцати, причем отнюдь не убитой горем.

- Давайте покушаем, а потом уже и поговорим, хорошо, ваши светлости? Поверьте коллеге, горячая и вкусная жратва может быть одним из самых приятных воспоминаний о жизни!

- «Это мужчина!», - тут же взвизгнула у меня в голове Фелиция, - «Переодетый!».

- «Это женщина», - поправил её я, перебарывая удивление и принимаясь за еду, - «Превращающаяся в мужчину».

- «Как это?», - озадачилась даймон, определенно прослушавшая немало интересного в последнее время.

- «Вот и мы хотим узнать».

- «Ужас какой!».

Надежда Павловна Дерибасова оказалась ревнительницей на отдыхе, имеющей постоянное место жительства в Саратове. Ветераном-ревнителем, если уж быть точным, вплотную подошедшей к сроку смертности большей части нашей братии. Видимо, услышанное в академии касалось, в основном, мужиков.

- Я, княже, на жизнь не жаловалась никогда, да и хер, в штанах выросший, не заставил бы плакаться, - говорила женщина, смачно отхлебывая густой черный чай, - Только, видишь ли, какая беда… Это я как вдова – Дерибасова, а вот в девичестве-то вполне себе Барадьева, из Истинных.