Волослав

А затем это ощущение прервалось. В первый раз прервалось тревогой. Всё бы ничего, но приступ был не единичный. С каждым разом эта тревога сильней, в последний раз я испытал... – Волослав поморщился, будто не хотел произносить это вслух. – Я испытал страх.

– Насколько мощную силу почувствовал? – поинтересовалась Марго.

– Несоизмеримую ни с чем. На всей планете нет столько магии. Шабаш Клавы мог что-то подобное создать?

– Нет, не думаю. Если бы что-то такое появилось, мы бы все это почувствовали. Источник силы, что сильней планеты, ощутили бы даже люди, – озабоченно заключила Марго.

– Ты абсолютно права. Именно поэтому я решил, что со мной что-то не так. Вот и обратился к тебе как к специалисту, – Волослав поперхнулся на слове «специалист». Видимо, надышался строительной пыли. – Понаблюдай за мной какое-то время. Я заплачу, сколько попросишь.

– Какое-то вегетативное расстройство – неврология. Это вполне возможно, тебе всё-таки тысяча лет, – озадаченно предположила ведьма.

Немного подумав, ведьма хлопнула в ладоши.

– Вылечим! – зевнув, мяукнула Марго. Она вскочила и грубо нарушила зону комфорта Кирилла, взглянув ему в карие глаза, а затем обнюхала. – Волослав, ты же видишь, что он потомок этого твоего Ивана, что у тебя в учениках ходил и ещё кого-то?

– Даже спрашивать не буду, как ты узнала в нём князя, жившего за шестьсот лет до твоего рождения.

– Ну ты что? Твоя картина, ты сто раз её показывал, – напомнила ведьма. – Так чей он ещё потомок?

– Богатыря Фёдора и ещё одного богатыря, о котором ты вряд ли слышала, – вздохнув, ответил Волослав и поймал ошеломлённый взгляд Кирилла.

– Может, это в нём родилась та сила? Может, родословная сильная? – задумчиво предположила ведьма, посматривая на школьника.

– Одумайся, сколько веков прошло? Сейчас каждый четвёртый – потомок Ивана или кого-то из богатырей. А земля и кроме них полнилась великими людьми и колдунами. По этой логике каждый второй житель земли должен рождаться особенным.

– Да, верно.

Марго по-прежнему задумчиво рассматривала школьника.

– Я богатырей не застала, расскажи о них, – обратилась она к Волославу.

– Богатыри были лучом света в тёмные и жестокие времена. Однако только трое из них вошли в славянский эпос.

– Почему? – встрял Кирилл.

– Победы над великой угрозой. Горыныч, Соловей и так далее.

– А другие богатыри что? – этот вопрос волновал Кирилла сильней, чем то, как эти двое поняли, что он чей-то потомок.