Лайон Нейгард и предвыборный заговор

Ему ещё предстояло всё это прикрепить на стенд. А сейчас он собирался совершить вылазку в «эльфятник». Потому принял душ, нашёл самую накрахмаленную рубашку и надушился дорогими духами. Ему нужно было произвести впечатление, показать себя в лучшем свете, даже если для этого придётся красоваться перед эльфкой.

Солнце уже поднялось над высокими елями, когда Сэнвелл выкатил машину. Представительный бизнес-класс должен был показать серьёзность намерений Лайона, выказать необходимое уважение. Гравий хрустел под туфлями Лайона, когда он спускался от дома к машине.

Дорога до рекламного агентства «Филигрань» заняла минут сорок. За это время Лайон успел подготовить в голове три разных модели разговора, в зависимости от того, как Стефания Леендейл поведёт себя в его присутствии.

Агентство занимало весь первый этаж довольно старого здания орехового цвета с большими витражными окнами, округлыми сверху. Если бы не они, Лайон бы мог назвать дом совершенно обычным.

Внутри трудилось чуть меньше дюжины сотрудников – эльфы, люди и даже один бородатый гном, дымящий трубкой над огромным плоттером, печатающим яркую картинку.

– Чем мы можем вам помочь? – подошла к нему молодая эльфийка. По всей видимости, администратор.

– Я бы хотел видеть Стефанию Леендейл. Моё имя…

– … Лайон Нейгард! – послышался голос из-за огромного стенда проектировщика. Эльфийка поднялась на ноги и сняла монокль. – Я ожидала вас вчера. Пройдёмте в кабинет.

Стефания была молода, красива и чертовски похожа на свою мать.

Небольшую коморку трудно было назвать кабинетом. На стене висели десяток различных наград столичного образца – её фирма была довольно успешной, некоторые награды были вручены губернатором Челсфорда. На столе стояли макеты небоскребов, видимо, спроектированных командой эльфийки.

– Вы будто призрака увидели? – усмехнулась она и снова надела монокль. – Думаю, так я буду меньше напоминать её?

Лайон вздрогнул и, смутившись, отвёл глаза.

– Да, дайте мне секунду, - Лайон вздохнул и попытался встряхнуться, но перед глазами остался образ мёртвой Эллимайны. Впрочем, Стефания все-таки отличалась от своей матери: глаза чуть уже, скулы прямые, чуть полноватые губы и причёска короткая всего лишь до плеч. Без сомнения, её отец был человеком – и тем удивительнее, что Лайон совершенно о ней ничего не знал.