Лайон Нейгард и предвыборный заговор

С другой стороны, оно и понятно – сейчас все в городе захотят контролировать капитана: мэрия, прокурор, эльфы, репортёры… каждому захочется помучить его расспросами, выдать несколько ценных указаний или просто подействовать на нервы.

– Прямо уж так?

– Приезжай в департамент. Расскажу всё здесь.

– Это может подождать, скажем, пару часов? Я сейчас не совсем в форме.

В трубке зашуршало на мгновение, а потом Слок с явным недовольством ответил:

– У тебя час. Не больше.

– Хорошо, капитан. Я вас понял.

Лайон положил трубку и потянулся в кресле.

– Господин Нейгард, я не могу вам запретить, но я бы на вашем месте отлежался, – дворецкий закончил с постельным и теперь стоял рядом.

– Нет времени отдыхать, Сэнвелл. Нет времени.

Лайон поднялся и всё ещё не слишком уверенной походкой зашагал в душ.

***

Психлечебница святой Марии находилась на берегу залива в районе Крайт, так что Лайону нужно было заложить гигантский крюк, чтобы успеть и увидеться с Лэнсберри, и поспеть в департамент к сроку. Хотя часа ему определённо не хватало, особенно учитывая, что полчаса из них он уже потратил на душ.

Лайон добрался до Крайта за двадцать восемь минут – пробки на Первой линии Рэдвина заставил его свернуть в переулки, заставленные машинами и заваленные мусором. Приходилось ориентироваться по солнцу, чтобы не затеряться в узких, петляющих улочках района Винслоу.

Он оставил машину на обочине, в тени раскидистых клёнов, и прошёл через центральные ворота.

Психиатрическая лечебница имени Марии Энкельман занимала старинный двухэтажный особняк с изящной лепниной, большими окнами и колоннами на входе.

Такие строили ещё при монархии, двести лет назад. Раньше в нём располагалась школа для девушек, которую Мария, собственно, и закончила. Она стала выдающимся психиатром, вышла замуж за крупного промышленника, выкупила это здание и превратила его в психиатрическую лечебницу – первую подобную в Вэйрине.

В парке возле лечебницы гуляли люди. Кто-то в одиночестве, кто-то в сопровождении санитара в светло-зеленом халате.

Лайон прошёл по гравийной дорожке и открыл тяжёлую дубовую дверь.

В холле было светло и прохладно. Гулкие шаги отдавались эхом от высоких потолков. Лайон был тут впервые и отметил, что здесь не пахнет лекарствами, как обычно это бывает в больницах. Он прошёл к кафедре регистрации. За ней сидела полная женщина лет пятидесяти и что-то усердно записывала в журнал.

– Доброе утро. Мне нужно увидеться с пациентом, - вежливо сказал Лайон.