Проклятье поместья "Блэквин"

В парадной послышался шум:

— Я сказал, пошел вон! Ты кто такой, чтобы мне указывать? — раздался мужской голос.

Тони облегченно выдохнул. Андерсон попытался подняться с кресла, но опиум не дал ему этого сделать: ноги стали ватными, и он рухнул обратно.

— Я сказал, убери от меня руки, чернь! — продолжал кричать мужчина.

Привратник попытался задержать молодого господина, но был отброшен в сторону. Энтони направился посмотреть, что происходит, и в этот момент в гостиную ввалился Оливер.

— Это что еще такое? Как ты смеешь так себя вести в чужом доме? — закричал Тони.

— С дороги, я сказал, иначе за себя не отвечаю! — отмахнулся Оливер, держа в руке полупустую бутылку виски, но споткнулся и упал в объятия Энтони.

— Не переигрывай! — шепнул ему друг.

Эльф кивнул.

— Вот это номер! Вы посмотрите на нашего тихоню! — изумился Андерсон. — Это ты с чего так осмелел, а?

— Ты мразь и скотина, для тебя нет ничего святого! Ты что думаешь, тебе все позволено, — как бы не так! — орал Оливер, размахивая бутылкой.

— А ну-ка повежливее! Завтра на коленях будешь прощения просить! — начал закипать Андерсон и все-таки поднялся с кресла.

— А что ты мне сделаешь? Ну, давай, ударь меня! Смелее! — прокричал пьяный гость и встал боевую стойку, пытаясь удержать равновесие.

Энтони стоял вполоборота у окна и наблюдал за происходящим, время от времени бросая взгляд на улицу. Он прекрасно знал, каков круг общения у Андерсона, и переживал, что кто-то из этих головорезов сможет помешать осуществлению их плана.

— Ты с ума, что ли, сошел? — недоумевал Андерсон.

От увиденного Гранд был в шоке, но больше всего поразило то, личность того, кто бросил ему вызов: стеснительный и скромный парень, избегающий риска, вдруг открылся с неожиданной стороны.

— Энтони, угомони его, иначе… — В этот момент часы начали бить полночь. — Черт бы тебя побрал! — вознегодовал Андерсон и, отталкивая Оливера в сторону, бросился в подвал. Тони побежал следом, бросив на ходу:

— Уходи отсюда, живо!

Оливер как ни в чем не бывало рванул к выходу, впрыгивая в экипаж со словами:

— Гони!

Тем временем опиум завладел телом Андерсона, делая его жесты размашистыми, а движения нескоординированными.

— Оливер, вот сука! — негодовал он. — Ну ничего, я все равно это сделаю.

Подбежав к клетке, обнаружил, что та пуста. Он вошел внутрь и факелом осветил все углы, но внутри никого не было.