Паршивцы Города N. Том 1: Цикл Цевнолье

Увы, столько лет прошло после того, как Дэйтол сдался и отдался течению жизни, что он теперь и не помнит этих горячих слов. Он перестал спорить с родителями, перебивался мелкими подработками, да иногда травил себя алкоголем, чтобы чувствовать, если не счастье, то хотя бы боль. Потому что, как говорил один известный каскадёр, жив, пока больно.

Парень неторопливо вышел из своей спальни, прошёл по коридору мимо прихожей — на полу он заметил две пары детской обуви.

«Ну, хотя бы Кио не пришла», — с облегчением подумал Дэйтол про жену Марка.

Иногда юноше казалось, что эта строптивая змееженщина загипнотизировала его брата и заставила его жениться на себе, а потом заделать детишек. Ради эксперимента, Архан даже нанял специалиста, чтобы снять чары Кио, но диагноз поставлен был именно тот, с которым Дэйтол не желал мириться — любовь. Это была взаимная неприязнь с самой их первой встречи. Белоснежная нага трудилась, не жалея себя, на благо семьи. Того же она требовала и от Марка. Дэйтол же своей беспечностью каждый раз напоминал, что когда-нибудь и её супруг окажется таким же: безынициативным, без стержня в груди.

На кухне он встретился со своим братом. Невысокий, как отец, зато с длинной блондинистой бородой и с яркими зелёными глазами. Одет он был так, словно собирался на выборы: в костюме, в туфлях, с дорогим пакетом под ногами. Стол уже был накрыт из скудных остатков того, что грозилось уже вот-вот сгнить: яйца, старые огурцы, теперь больше похожие на пожилые стручки, немного подсушенных булок, да пара чашек с чаем, одна из которых была во власти отца полукровок.

— Привет, Спичка, — тихо, чтобы не разбудить детей, поприветствовал Марк младшего брата.

Они пожали руки, после чего он жестом пригласил хозяина дома к столу. Последний чувствовал себя задетым — в его доме хозяйничал посторонний, который к тому же и пришёл без приглашения. Однако злобы Дэйтол не держал: сколько раз он оставался ночевать в доме своего брата, столько он и слышал упрёки напыщенной Кио и столько же раз Марк мужественно стоял на своём, предлагая непутёвому родственнику и кров и еду.

— Привет... — сухо во всех смыслах ответил парень, перехватив контроль над чужой чашкой. Нескольких глотков хватило, чтобы скривиться и вернуть напиток брату. Чай был нетерпимо крепким и сладким — Маркусен давно страдал от низкого давления по утрам, оттого и сделал своим ежедневным ритуалом короткую, но интенсивную, нагрузку в сочетании с ударной дозой кофеина.