Ускользающий город. Инсталляция

Гаврил подскочил, заметался взад-вперёд – шаг до стола, три шага до двери и обратно. Руки ерзали по предплечьям, разогревая, как только можно, а шестерёнки завертелись вокруг одной-единственной задачи – сгудинить поскорее из каменного мешка.

«Если хватит сил на решётку, не пролезу в это оконце… В дверь не проломишься, не в это время… Нашуметь? Заорать, что ли? А что сказать, когда придут? Гондрапин, скотина, кинул… Звонок попросить, как в фильмах? Но кому? Гондрапин? Озёрный, может… Нет. Пока лучший ход – ждать, когда угомонятся».

Круг за кругом, мысль за мыслью, а толку – как от пробежки в хомячьем колесе. Заметив краем глаза почерневшее окно, бомж понял, что кукует уже не первый час. Столько времени в дугу… Далёкий перезвон ключей заставил его облегчённо бухнуться на табуретку. Вторая дверь с натугой выдавила проём, тут же шваркнула обратно; в замке зашебаршил ключ. К столу прошёл рябоватый… - Гаврил глянул на погоны, - да, лейтёха, продребезжал стулом по полу и навалил поверх пожелтевших бумажек ворох своих, начав с деланным тщанием их изучать.

«Пусть нагнетает, зараза», ухмыльнулся бомж своему кривому и маленькому отражению в окне. Приятно было видеть дружеское лицо, хоть и своё собственное. «Не ментовка, а драмкружок какой-то…»

Молчанка тянулась, как хвост резинового кота, под шелест бумаги и мерзковатое поплёвывание на пальцы. Интерес на пёстром лице лейтёхи был таким искренним, будто он подменил дело распечаткой свежего романа Рассветова. Гаврил никогда не понимал, откуда такая шумиха вокруг этого писаки.

- Значит, так, Уваров, - вкрался в его мысли ровный голос лейтенанта. – Тебе сказочно повезло, у меня нет желания сразу начинать по-плохому, так что воспользуйся шансом и говори сразу. Усёк?

- Усёк, как не усечь, - пожал плечами Гаврил. – Только это, я не Уваров, начальник.

Лейтёха поднял на него серые, подавленные гневом глаза.

- Хреново начинаешь, Уваров.

- Нет, правда. Ты на фотокарточку глянь.

Рябой не без подозрения зарылся в бумаги, хлопнул вдруг по ним рукой, встал.

- Открывай! Кому сказал! Эй!

Зазвенели ключи, отворяя одну дверь за другой.

- Какого художества тут происходит?! – Дрожащими от гнева руками лейтёха сгреб бумаги под мышку и выскочил в коридор, не глядя на Гаврила. – Мне сказали, что Уваров здесь… Да как так?! Я же выбил эту пыточную себе!..