Ошибка Выжившего

К сожалению, когда речь заходит про метафизический океан, такое понятие, как последовательность событий, эффект бабочки, логика и здравый смысл просто перестают учитываться. По крайней мере, если реальность опять не перепишут, в полной мере учитывая всё происходящее.

Всё лишь у нас в голове. Интересно, сколько раз я это уже себе повторял, повторяю и буду повторять? Мистер Стивенсон, старый ублюдок, черти его драли, наверное, оценил бы.

— Он-я не соврал, — констатировал обреченно я. — Я действительно узнаю её из тысячи.

На улице было раннее утро. Дети, весело переговариваясь, с мини-зонтиками на голове шли в школу. Небо было мрачноватым, с неба капал слабый дождь. Весь мир вокруг меня казался удивительно серым, таким обычным и «нормальным», за исключением одного единственного… человека.

Оглядываясь, явно нервничающая голубоглазая светловолосая девочка не могла найти себе места, ожидая появления нового «друга». Она не просто выделялась — в моём и только моём восприятии она словно сияла.

Яркая, наполненная тысячами красок, сочетающая в себе всё то, что попадало под мои вкусы, начиная от черт лица, мимики, мелких повадок и характера, который я ещё, сука, даже не знал! Несбыточный «Немой» идеал женщины, который я себе хотел. Только пока ещё не совсем нужного возраста. Моё тело словно сходило с ума, сердце в груди быстро билось, дыхание сбивалось, хотелось подойти, пообщаться, просто находиться рядом.

Наивные романтики на моём месте подумали бы, что это та самая ванильная «детская любовь с первого взгляда».

Но реальность была намного более мерзкой и ужасной.

Меня разрывало от появившегося влечения к «ребёнку», я чувствовал бесконечное отвращение к себе, ненависть как по отношению к ублюдку в зеркале, так и к так называемому «невинному» ребёнку, и вместе с этим животный ужас. Самым же ужасным было осознание того, что на меня никак не воздействовали. Это были исключительно мои эмоции, мои ощущения, которые настолько сильно противоречили моему естеству, что это вызывало ещё большее отвращение.

Мне хотелось одновременно пойти купить ожидающей меня-не-меня девочке молочный шейк за свои собственные карманные, прострелить ей череп и просто в ужасе сбежать в какую-то далёкую-далёкую ветвь, где оно меня какое-то время не найдёт. И при этом — всё одновременно.

Наличие собственной субъективной вечности спасало. Я успел немного всё обдумать и просто прийти в себя.