Ошибка Выжившего

Разве я тебе уже не говорил позже написать ему письмо с благодарностью за возможность свободно ездить по штатам?..

Нуарный мужчина поморщился.

Моё метафизическое сознание сделало нечто похожее на кивок, после чего навело пистолет себе на голову.

Выстрел.

— Значит, мне нужно будет посетить Вашингтон? — спросил я заинтересовано.

Мой внутренний турист, в принципе, был не против выбраться куда-то в люди. Единственное, что меня смущало: плотность людей. Не будет новостью, что находиться длительное время среди толпы мне, мягко говоря, тяжеловато.

Людские эмоции, желания, мечты, голоса, витающие образные концепции…

Я против воли сжал кулаки.

Всё стало только хуже. Моё сознание совершило нечто похожее на очередной эволюционный скачок. Я просто терялся в потоке информации. И это не говоря про то, что источников самой информации стало больше, действуя мне потихоньку на нервы.

Несколько моих вариаций одновременно скривились.

Мне удавалось концентрироваться на одной из веточек и как бы синхронизировать несколько потоков, только вот панацеей это не было.

Чёрт возьми, чтобы привыкнуть к такому недостаточно дня или двух. Хотя бы несколько месяцев, может даже несколько лет.

— Ты прав, Феликс, — кивнул Гаррик. — Мы сообщим тебе, когда тебя пригласят. Но я бы рассчитывал примерно на две недели. За это время ты как раз должен успеть освоиться в новом-старом для себя… городе.

Я осмотрелся, словно вновь чувствуя на себе всеобъемлющий взгляд. Вновь поморщился.

Моя несуществующая копия решила озвучить внутренние страхи:

— Только есть одна проблема, профессор, — скривился словно от зубной боли я.

— Я плохо переношу толпы. Люди слишком громкие.

Стиляга и профессор переглянулись.

— Громкие, да? — почесал голову старик. — Я могу подарить тебе плеер, Феликс. Возможно, это поможет?

Я уже думал было возразить, но так и не озвучил свои сомнения, тупо уставившись куда-то в никуда. На самом деле, пусть и на данном этапе не полностью, это могло стать решением. Если у меня в ушах будет играть достаточно громко музыка, то я не буду слышать голоса людей, а значит — не буду рефлекторно прислушиваться к десяткам, если не сотням голосов разумных существ.

Честно говоря, эти голоса смущали меня больше, чем те же эмоции, желания, мечты и мысли. Не зная источника, игнорировать какофонию из всего на свете было возможно. Что-то вроде крайне специфического тиннитуса. Мысли же я мог уловить, к счастью, лишь на крайне небольшой дистанции и очень выборочно.