Ошибка Выжившего

Порой мне казалось, что мимо меня что-то проплывает и, скорее всего, мне не казалось, однако это нечто было настолько огромным, что оно просто не видело меня. Как и я был настолько маленьким, что не мог его рассмотреть.

Кажется, я знаю, кого накалякаю следующим.

Порой я на краю сознания чувствовал, будто со мной здоровались, вызывая у меня искренний смех и прилив радости. В конце концов, всегда приятно увидеть друзей не в виде теней тени от тени, а практически персонально, внематериальную. Осколки их сущностей были крайне рады меня видеть, что чувствовалось.

Бесчисленные мелькавшие образы, некоторые из которых с противоестественной теплотой обвивали моё тело и душу, помогали мне, толкая душу ещё глубже на дно.

Типичные друзья.

Метрика окружения, поддаваясь моим мыслям, то и дело менялась, напоминая мне о том, как дивно может скручиваться пространство, постоянно добавляя и меняя что-то. В какой-то момент я понял, что Мистер Стивенсон на пару с моими друзьями и источником вдохновения погрузили меня настолько глубоко, что…

Я оказался в белом коридоре.

— Нулевая глубина, — вздохнул я.

Всё. Я был настолько глубоко, что каждая моя мысль теперь формировала окружающее пространство. Почувствуй себя боженькой, называется.

Жаль, что всё это лишь красивая обёртка.

Уже зная, что делать, чувствуя, как к моему воротнику всё ещё была прицеплена леска, уходящая куда-то наверх, направился вперёд. Всё же, Мистер Стивенсон выбрал, несмотря на некоторую мою растерянность, крайне подходящего психа для отправки в океан.

Здесь меня уже знают, я не чувствую себя совсем слепым котёнком, крыша уже давно поплыла вместе с пространством…

Идеально.

— Сказал, что я рыбак, а сам использовал меня, как приманку, чёрт старый, — против воли хихикнул я.

Всё же, чувство юмора старика, каким бы уродом он не был, мне нравилось. Лишь бы ещё не становиться жертвой его юмора, но тут уже ничего не поделаешь.

Сжал покрепче уже свою удочку. Приманка с удочкой, а?

Пройдя немного по коридору, настраиваясь на нужные образы, подошёл к случайной двери, открыв её, выйдя на безоблачную улицу, с которой виднелась вилла моей мечты.

До ушей стал доходить шум приливов и отливов, с неба светило яркое тёплое солнышко, дул приятный ветерок, где-то вдалеке виднелся пляж, на котором красавицы на любой вкус и цвет (естественно, немые) играли в волейбол. Ещё чуть поодаль стояли бесчисленные мольберты, на которых были изображены мои друзья. Но это были уже не тени теней от тени.