Встретимся в раю, дорогой

Докурив первым, Макар скормил окурок лениво раскачивавшемуся у его ног пламени.

– А домик ты, твое преосвященство, я смотрю, на прежнем месте поставил, – кивнув в сторону чума, сказал он шаману. – В последний раз, когда, тут ничего не стояло.

Шаман, выпустив дым, покивал, соглашаясь.

– Арикара тебя помнит, – сказал он Макару. Помолчав, добавил: – Каждому дому свое место, а мой всегда здесь был. Только люди здесь теперь почти не появляются.

– Боятся? – предположил Сан Саныч.

Шаман покачал головой.

– Чего им бояться? Забыли.

Мало кто дорогу сюда знает, еще меньше отыскать ее смогут. Не верят люди больше.

– Во что не верят?

– Да ни во что не верят. Авторитетов у людей нет, один телевизор остался. Они его слушают, больше никого.

– В телевизоре ведь тоже люди.

– Да какие там! Призраки... Тени.

– Наверное... Говорят, вы долго отсутствовали?

– Долго, да. Ты хочешь узнать, вернулся ли шаман?

– Ну, зачем? Я вижу, что вернулся.

– Ты видишь перед собой человека. Шаман, это кое-что другое.

Шаман – это сила, без силы нет шамана. Если шаман остался без силы – он просто заблудившийся прохожий. От него ни вреда, ни пользы, а только звук шагов, да ветер слов.

– Ну, а вы как? По-прежнему вакан-хан, умеющий контролировать силу? Или тот, заблудившийся прохожий?

Арикара долго молчал, никак не отвечая на прямой вопрос Сан Саныча. Казалось, он вовсе его не услышал, пропустил мимо ушей, как, да, ветер слов. Он сидел, нахохлившись, точно старый филин на пне, окутываясь клубами зеленого своего дыма, и когда Доманский уже совсем было, решил, что его выстрел оказался холостым, ответил.

– Через две луны, – проскрипел он.

– Что, через две луны? – не врубился Сан Саныч.

– Через две луны на третью будет полнолуние. Тогда-то все и узнаем.

– Да, собственно... – Сан Саныч почувствовал некоторую неловкость и, неожиданно для себя, заторопился объяснять: – Уважаемый Арикара, простите мне мою неотесанность... Если я каким-то образом задел ваши чувства. Не было такого и в мыслях, задеть или выказать неуважение.

Я всего лишь хотел узнать насчет Лабиринта, можно ли будет им воспользоваться. Гипотетически. Потому и про силу заговорил, ведь без вашей силы, как я понимаю, и Лабиринт мертв. Да, кстати, вы, должно быть, не знаете, кто я, и за каким рожном к вам притащился...

Арикара поднял руку, запирая поток слов офицера.

– Арикара знает, кто ты, начальник, знает, – сказал он. – И про то, какого рожна тебе надобно, Арикара тоже ведает.