Встретимся в раю, дорогой

– Предпочитаю, чтобы меня называли Жало, – проигнорировав пакостный вопрос подполковника, сообщил о себе Лудильщик.

– Это еще зачем? – удивился Хотий. – Чтобы боялись?

– Такое мое желание, – уклонился от объяснений хозяин.

А, может, и не вполне мужик, вновь поразился сомнением Доманский.

– Кто это к тебе пришел? – спросил телевизор женским голосом. – Что им нужно? На экране была видна женская головка с копной курчавых волос. Хоть с этой никаких сомнений, подумал Сан Саныч.

– Не волнуйся, дорогая, все хорошо, – ответил Лудильщик, он же Жало, экрану.

– Ты что-то скрываешь от меня? Что ты мне не говоришь? Кто эти люди? Зачем они пришли к нам? – точно минные заграждения, принялся ставить вопросы телевизор.

– Ничего я не скрываю, – стал оправдываться Сэдер. – Да и что от тебя скрыть можно? Ты все видишь, все слышишь... Послушай, тебе придется нас оставить, ненадолго...

– Не смей так со мной поступать! – заломила руки фигура на экране.

– Потерпи, лапочка. А потом, когда мы останемся одни, я сделаю тебе приятно.

Обещаю. Это не-на-дол-го, – повторил Лудильщик по слогам, потом взял пульт, надавил на кнопку, и экран зарябил снегом.

Последняя фраза Сэдера прозвучала странно интимно. Хм, интересно, подумал подполковник, как именно он будет делать ей приятно?

– Почему – Лудильщик? – не найдя ответа, спросил он хозяина про другое.

– Потому что – паяльщик, – Сэдер указал в сторону верстака, накрытого конусом света, льющегося из нависшей над ним, тоже конусом, только черным, лампы.

На верстаке дымился паяльник – дым, завиваясь кверху, облизывал абажур и уходил в темноту. Стоило обратить на это обстоятельство внимание, как остро пахнуло канифолью. Перед верстаком, кстати, стоял вполне пригодный для сидения стул. В сложившейся ситуации дефицита сидячих мест – простаивал.

Заметив что-то, возбудившее его интерес, хозяин порывисто прошел к столу. Оказалось, вовсе не для того, чтобы предложить стул гостю. Оставив там банку с пивом, и ткнув сигарету в пепельницу, он вернулся обратно с блестящим фольгированным пакетом.

– Чипсов никто не хочет? – спросил Лудильщик и, завлекая, потряс упаковкой.

– Боже упаси! – Сан Саныч сделал категорический жест, несколько резче, чем следовало. Потому поспешил смягчить ответ: – В смысле, благодарю.

Отказаться он отказался, но вспомнил тот хруст в динамике. Оказалось, не крекеры то были вовсе.

– Напрасно, – поджал губы Лудильщик.

А что напрасно? Неизвестно ведь, из чего они эти чипсы делают.