Встретимся в раю, дорогой

Шагов через десять Сан Саныч увидел впереди невысокий округлый холм, торчавший посреди хаоса, точно чье-то колено под одеялом. И тогда-то сообразил, куда стремится его упоротый провожатый.

Не сбавляя шага, их поредевший отряд взлетел на вершину холма и только тогда остановился. Тяжело дыша, Доманский огляделся.

До самого горизонта, обозначенного серым по лиловому, равнина выглядела скучно-однообразной, накрытой вместо неба мглистым беретом сумрака. Никаких других холмов, гор, сопок, вулканов – любых иных возвышенностей, не было заметно ни рядом, ни поодаль.

Обтекая холм со всех сторон, повсюду вокруг двигались, сталкиваясь и разбегаясь, бесчисленные кубики – такими дома виделись с высоты. И огоньки, огоньки, море, оказывается, разноцветных огней. Прямо праздничная иллюминация, ей-богу! Сам холм участники движения почему-то избегали, хотя, наверное, вполне могли бы забраться и сюда. Домик Тыквы! – опознал Сан Саныч ассоциацию, что настойчиво стучалась в сознание последние минуты. Если соорудить такой из гипсокартона.

Коронзону отдых, в отличие от землянина, судя по всему, не требовался. Он дышал ровно, поверхностно, точно и не было никакого забега на выживание и судорожного подъема по склону. Неоновоглазый тоже был вполне в норме. Получалось, землянин проигрывал им обоим в физике, несмотря на приличную свою подготовку.

– Что же ты у нас такой неуклюжий? – спросил его Коронзон, нарочито шепелявя. При этом еще скорчил издевательскую рожу да головой помотал туда-сюда.

– Надо было проход сразу сюда, на холм выводить! – огрызнулся шпион. – Не пришлось бы бегать. Что ж ты так лопухнулся, а?

– Ничего не лопухнулся! – обиделся Коронзон. – Было бы можно, вывел бы сюда! Мы же не контрабандисты какие, это они, куда захотят, пролазят. Понял?

– Понял, понял... Только конвойного одного потеряли. Придется отвечать.

– Ничего, не страшно. Потом восполним как-нибудь, а пока так обойдемся. С тобой и один справится.

– Думаешь? Ну, посмотрим.

– А ничего! Стоим, дышим. Ждем. Можешь курить пока.

И то, правда, подумал Сан Саныч, курить хотелось. Достал свои армейские, засмолил. Не успев спрятать пачку обратно, увидел, как протянулась к нему рябая рука с длинными желтоватыми ногтями.

– Дай-ка и мне, что ли, – сказал, нимало не смущаясь, Коронзон. – Подымлю за компанию

На вершине холма резвился довольно свежий ветерок. Внизу совсем не ощущался, а тут – на тебе.