Квартал

— Значит, наверное, хорошо, что я сейчас здесь, — наконец произносит Пьеро.

— Пожалуй, что так, — Певчий слегка улыбается — и в воздухе как будто бы раздаётся короткий клавишный перебор, — Ты ведь впервые здесь, верно?

— Нет, я был здесь раньше… с другими. Но в одиночку впервые.

— Никогда не слышал, чтобы колоброды могли ходить вместе… — в неуловимо цветных глазах проскальзывает искра.

— А вы, наверное, много их видели? — интересуется Пьеро.

— Много. Всех, что когда либо вступали на этот путь, — Певчий склоняет голову набок, пристально глядя на Пьеро, — Только они не видят меня — всегда торопятся вперёд.

— Мне некуда спешить, — усмехается тот, — Я не знаю дороги.

— Знаешь. Просто ты к ней ещё не готов, — от стены плато отчётливо отделяется вереница нот, кажется, сыгранных на флейте.

Пьеро вскипает за мгновение, словно лужа щедро присыпанная золой из ведьминых волос.

— Когда же я буду хоть к чему-то готов? Все вокруг уже что-нибудь да могут и умеют, а я… — он запинается, когда дыхание ему перекрывает надтреснутый басовый аккорд.

— Тише, тише, — Певчий мягко поднимает руку, — Всему своё время. Ты научишься всему, чему захочешь — но только прежде научись хотя бы иногда смотреть не только на других, но и на себя.

— И что же такого интересного я увижу?

— Откуда же мне знать? Вот ты сам посмотри и подумай, — улыбается Певчий, — Расскажешь, когда увидимся в следующий раз. А теперь тебе пора, — брови его, тоже красные, слегка хмурятся, — Кажется тебя ждут… Наяву.

Его рука взлетает вверх в театрально-грациозном жесте, осыпая Пьеро веером мелодий из рукава. Квартирант отшатывается, оступаясь и не успевая толком сказать ничего в ответ или просто на прощание. Нога аккуратно попадает в рыжий песок между шпал — и тот начинает бурлить и вздыматься выше и выше, окутывая колоброда шелестящим коконом и утягивая его куда-то вниз, в бесконечную глубину. Пьеро не успевает даже испугаться — лишь запоздало втягивает воздух, готовясь задержать дыхание… И просыпается.

Он сидит на складном стуле возле грузовика Ловчих. Мутноватое солнце Степи бьёт ему в лицо и он прикрывает глаза рукой, привыкая к окружающей действительности. Прямо напротив него на фоне закатного неба вырисовывается фигура в шляпе и плаще, тоже сидящая на стуле. Кажется, это Франт.

Пьеро, осторожно передвигая затекшими конечностями, перебирается вместе со стулом ближе к нему, поворачиваясь спиной к солнцу.