Квартал

Фея кисло вздыхает, перестукивая пальцами по бутылочному стеклу.

— А что происходит? — устало интересуется Вогель.

— Обс-суждают заказ, пас-скуды. Ос-суждают, ес-сли точнее. Но едва ли кто-то возьмётс-ся.

Вогель делает ещё глоток, пытается устроиться поудобнее на жёсткой скамье, — А за кем охота?

Фея недовольно кривится, — Ты разве не с-слышала, что творитс-ся теперь в Квартале?

Вогель явно стремится ответить, но Фея предупредительно поднимает руку, — Тихо. У нас-с наконец-то интерес-сный экс-спонат.

В круг, очерченный мерцанием огня в чаше, выходит Охотник.

Длиннополый кожаный плащ его шелестит в густом подвальном воздухе. Горбоносый профиль отбрасывает на стены тени, навевающие мысли о королях какой-то давно умершей эпохи. Поступь его тяжела, голос, как и прежде, в Театре, спокоен и чёток.

— Я хорошо знаю наших коллег, о которых сегодня сказано было много тёплых слов, — на всякий случай сообщает он, — И не могу оспорить их несомненно высокие профессиональные качества.

Зал заметно напрягается. Охотник, заметив это, переглядывается с усохшим от усталости Никелем и продолжает, — В связи с этим, я буду немногословен — я готов начать Ловлю и удовлетворить требования заказчика.

Мой глаз меток для любой дичи, как бы скрытна она ни была.

— Позор на твою голову, — негромко сообщает Горгона, не вставая с места.

Охотник невозмутимо пожимает плечами. Наконечники арбалетных болтов, нанизанные на леску, траурно поблескивают на его шее. Где-то в середине амфитеатра со своего места с шумом встаёт фальшиво-одноглазый МакКлейн, не переставая раскусывать фисташки из бумажного пакета, и тоже спускается вниз, выливая содержимое рюмки в огонь.

Встаёт рядом с Охотником. Фея завороженно наблюдает за происходящим, — Решилис-сь таки. Гляди-ка!

Если так и дальше пойдёт, то охота может все же стать успешной… Правда для Муниципалитета, что конечно, весьма неприятно. С другой стороны, цели своей достигнуть он всегда успеет. Одному хромому от другого не убежать так просто.

Вогель тормошит его за плечо, спеша брезгливо отдернуть руку, — Так за кем охота, беззубый?

— А? — задумчиво поворачивается к ней Фея, уже погрузившийся в свои хрустящие расчёты, — За Франтом, Кожаным и ребятишками из Квартиры, я разве не говорил?

Вогель вздрагивает, словно от удара током, подскакивает с места, щедро расплескивая пиво, и стремглав бежит к огню по сиденьям.

Накидка ее развевается, тяжёлые ножны катласса стучат по головам возмущённо огрызающихся Ловчих. Фея удивлённо цокает языком.