Будем жить, ребята!

— Такие электромагнитные шумы могли возникнуть в случае ядерной войны, — мрачно дополнила Кристина. - Огромная волна тому подтверждение. Небо сначала неестественно светилось, а теперь стало темнеть.

— Понятно, — пробормотал я, доедая макароны. — Еще кофе есть, чтобы взять с собой?

Крис молча выдала нам еще два термоса.

— Ты же еще не отдохнул, — напомнил Олег.

— Пока доберемся до того места, где я остановился, успею прийти в норму. Еще кофе выпью. Ты, главное, сам не усни.

— Уснешь тут с такими новостями, — буркнул Олег себе под нос.

Но долго молчать он не смог. Пока двигались вдоль щита, обсудили всё, что помнили по прогнозам и сценариям ядерных войн.

 — Смотря сколько и чего запустили, — размышлял Олег. — Одно дело ядерные бомбы, другое - водородные и так далее. Считается, что при полноценной войне возникнет такой пожар, что поднявшийся пепел перекроет солнечные лучи. Пока он не осядет, будет понижаться температура и в результате наступит ядерная зима.

 — Как-то пожары с пеплом и охлаждение - понятия друг друга исключающие, — возразил я. — Представь, если начнет гореть тайга. Тепла будет больше, чем холода.

— У нас скоро появится возможность самим узнать, что и как происходит, — заметил Олег. — Некоторое потемнение за щитом мы уже наблюдаем.

Следующие четыре часа я поднимал щиты и старался не думать о том, что происходит снаружи. Вымотался, выпил весь кофе, но продолжал закрывать остров.

Мы наконец замкнули последние метры и двинулись обратно к пристани. О чем-то говорить и рассуждать у меня сил не было. Герман тоже еле шевелился.

— Зато вы свои способности развили до предела, — пытался немного пошутить Олег, чтобы нас немного расшевелить.

Девушки по-прежнему ждали нас возле автомобиля. Мы быстро перекусили и только потом поехали домой. Сергею Николаевичу отчитался Герман.

— Очень надеюсь, что это не ядерная война, — говорил подполковник. — Но то, что вы сейчас подняли щиты на несколько километров, и хорошо, и плохо.

— Чем плохо? — поинтересовался я.

— Мы лишились естественных осадков. Через несколько дней придется придумывать что-то с поливом.

 — Снова проблема, — вздохнул Герман. — Если снаружи не ядерная война, тогда приоткроем щиты.