Ведьмино сердце

И только ей решать, чем она кончится.

Солнце светило ярко — как раз обед.

Женя приготовила две чашки, заварила чай и села у окна.

Тихий рык машины не заставил себя долго ждать, и черный джип остановился в паре метрах от избушки. Захлопнулась дверца автомобиля. Прошуршали шаги и залилась француженка-дверь.

— Здравствуй, ведьма.

— Почему ты один?

Женя прикрыла глаза. Нет. Призрак вернулся реальным.

— Ты знаешь, почему.

— Я правда не могла ничего сделать.

— Почему он умер?

— Он был не желанным.

Да, Александр никогда не хотел детей, это Женя тоже помнила.

— Каждый день рождается сотня нежеланных детей.

— Рождаются сильные, те, кто готов жить в этом мире и бороться с ним. А слабые… Они уходят сразу.

Он кивнул. И повисло молчание. Тяжелое и темное, оно накрыло комнату, и казалось, что солнце померкло за окном.

— Чаю?

— Да, пожалуй.

Александр сел за стол. Положил руки на белоснежную скатерть.

А когда-то эти руки она не выпускала из своих. Когда-то он ходил в серой футболке с дурацким логотипом какой-то игры.

Женя повернулась к нему спиной и залила чай в кружках кипятком. Маленький пузырек мелькнул в её руках, и вот она уже принесла свежий травяной чай.

Мужчина сразу же сделал короткий глоток, будто бы у него самого во рту все пересохло.

Его пальцы дрожали?

Или это всего лишь её разум выдает желаемое за действительное?

— Я не сразу понял, что это ты. Не ожидал. Все возлагали на тебя большие надежды. Я тоже думал, что тебя ждет более… Более, — замялся он. — Престижное будущее.

— Верно.

— Почему?

— Я никогда не хотела этого.

— Так значит ты всегда мечтала о такой избушке в забытой всеми деревне?

Женя тоже сделала глоток.

— Я не думала, что стану ведьмой. Просто после всего этого шума столицы мне отчаянно захотелось покоя. Я сняла этот дом на лето, а потом решила остаться. Тут тихо.

Он ее не понимал.

— Зато ты получил все, чего желал, верно?

Александр опустил взгляд.

— Я всегда верила в тебя.

— Я знаю.

Он едва улыбнулся.

— А ты помнишь, как мы прогуливали уроки?

— И ходили в обнимку по коридорам, прячась от завучей? Помню. — Это было приятное воспоминание. — А помнишь, как ты впервые подарил мне цветы? Нарциссы.

— Я выглядел тогда как болван, — отмахнулся мужчина.

— Разве что только очень милый болван.

Они сделали еще несколько глотков. И, быть может, вспоминали одни и те же моменты из их общего светлого прошлого.