Ангелы, кошки, чудеса

Его острый нос был пылающе-красным и подтекал; молодой человек не любил зиму, но именно зимой его всегда ждал аврал работы. Унывать он не умел. По большему счету в нежизни его заботила только работа и относился он к ней максимально серьезно, не обращая внимания ни на что больше: ни на косые взгляды и обсуждения людей за спиной, ни на законы людского бытия. Например, он мог без задней мысли пойти через дорогу на красный свет светофора и в недоумении хлопать ресницами, когда перед ним с визгом затормозит автомобиль, или, блуждая по городу в поисках ненужных вещей, забрести, скажем в лесопарк.

Устранитель никогда не врал и не пытался скрывать, кем является, потому что никто ему все равно не верил. Такова уж людская натура. И в людской натуре было вымещать всю свою злость, обиду, боль и грусть на окружающих их вещах. Вещи впитывали эмоции, как губка, накапливали негатив, подпитывая бесиков.

Работать с такими вещами в каком-то плане было проще, ведь люди сами от них избавлялись, и Устранителю оставалось лишь найти их и очистить.

Однако было и то, что он не любил. Существовали вещи, работать с которыми было сложнее. Бывало такое, что вещь любили, холили, окружали любовью, а потом в один прекрасный миг по непонятной для нее причине выбрасывали. Так часто происходит — люди не умеют ценить вещи. Зачем женщине вышедшее из моды платье? А выросшему малышу — погремушки и игрушки? Все на помойку.

Выброшенные вещи, лишившиеся своего человека, долго ждут, когда же их заберут обратно, в их душах еще тлеет надежда, но однажды наступает такой момент, когда они четко понимают, что за ними больше не придут. Что они не нужны. И тогда любовь, годами копившаяся в предмете, перекипает в черную обиду. Такие вещи превращаются в злых духов, весь смысл существования которых сводится к мести.

Тут уже не обойдешься одной только спичкой! Подобные духи крайне злы и коварны, их непросто отследить, ведь они умело притворяются живыми созданиями, и ярость их может достигнуть такого апогея, что пострадает много случайных людей.

У каждого чудесника своя работаю. У него — такая.

Устранитель остановился посреди типового двора, окруженного высотками новостроя.