Ангелы, кошки, чудеса

Покосившиеся, стянутые проволокой заборчики, амбары, коровники и старый, никому не нужный трактор — теперь все это внезапно перекрасилось в белый.

Жить за городом было хорошо и спокойно. Но никакое спокойствие, увы, не длится вечно.

В городском парке тоже были просторы, деревья и огромное снежное поле, на котором мальчишки устраивали битвы снежками и катались на ледянках, а ребята помладше лепили снеговиков, которых потом разрушали ребята постарше. Там же располагался и каток, окруженный голубым ограждением с гирляндами, где с утра до позднего вечера было полным полно народу.

Дальше парк плавно перетекал по бульвару, украшенному новогодними диодными инсталляциями, в площадь, на которой возвышалась главная елка — невообразимо брызжущая огнями — и, конечно, гудела ярмарка.

Не сказать, чтобы парк был местом спокойным, скорее шумным и ярким, но имелись в нем уголки, куда зимой редко заходили гуляки, деревья с черными стволами угрюмой аркой нависали над головой, а снега навалило выше пояса.

Там и жил снежный монстр — тайно ото всех, и когда какой-либо человек подбирался к его логову слишком близко, он с рычанием бурана обдавал глупца снегом, и того буквально сносило прочь.

Снежный монстр ненавидел людей. Он готов был любого закружить до такой степени, что те падали без сил; расцарапать крупой кожу, ворваться морозными когтями в глотку и нутро, разрывая орган за органом, раздувая легкие как меха, пока человек не станет таким же белым, как снег.

У монстра была душа свирепой бури-метелицы, его матери, и норов северного ветра, залетавшего в эти отдаленные края лишь зимой, крушившего на своем пути амбары и сносившего крыши с домов — его отца.

Увы, в городе было мало крыш, способных поддаться его натиску, а амбаров не было и подавно. Да и люди почти ничего не боялись, смело гуляли в снегопад и метель, и никакая минусовая температура не была им помехой. Это пугало монстра.

Дима же просто заблудился. Для него, карапуза, парк был необъятным, как джунгли Амазонки. Когда брат велел подождать его у катка, мальчику быстро наскучило стоять на одном месте и он пошел вдоль ограждения, сшибая варежкой снег с лампочек. Потом ограждение закончилось, сшибать снег было больше не с чего, и Дима, недовольно засопев, оглянулся по сторонам.