Запретное желание. Монетка на счастье

Главное, что Хея согласилась, а уж яблоки-то он придумает, где и как раздобыть.

– Но они должны быть не простые из магазина, – добавила она поспешно. – Я хочу ведро самых вкусных яблок. Как те, которые ела в детстве. Из сада тётушки Дины.

«Неужели, она до сих пор помнит то лето?» – не мог поверить услышанному Амур.

Тогда он так и не смог набраться храбрости и признаться маленькой феечке, покорившей его сердце, в своих чувствах. Вместо этого он каждую ночь тайком летал и срывал самое красивое и спелое яблоко для неё.

– Согласен!

Глава 7

Как-то Амура, рвущего яблоки для Психеи, застукал Аполлон, решивший выяснить, куда братишка стал сбегать по ночам. Подтрунивание и угрозы сдать его тётушке Дине закончились потасовкой, которую разнимать пришлось подоспевшему Геркулесу. В результате Амур обзавёлся внушительным фингалом под глазом, а Аполлон сломанным носом.

На следующее лето Амур снова напросился погостить у тётушки Дины, в надежде увидеть юную фею, и очень расстроился, узнав, что Хея с семьёй уехала за границу.

Все каникулы Амур провёл в прескверном настроении и по оплошности загубил несколько клумб с редкими петуниями тётушки. С тех пор с богиней плодородия отношения у купидона были весьма натянутые. Поэтому у него и мысли не возникло попросить у неё яблок.

Вместо этого он решил последовать примеру маленькой воровки и просто украсть их. Благо первые урожаи в своём саду богиня плодородия собирала на несколько месяцев раньше соседей.

То, что это была очень плохая идея, Амур понял слишком поздно.

– Подтолкните меня! – прошипел застрявший на двухметровом заборе купидон, пока успешно перебравшиеся в сад Герк с Полей беззвучно ржали над менее удачливым кузеном.

– Погоди, повиси так немного, – отсмеявшись, попросил Аполлон, доставая мобильник.

– Ты что там собираешься делать? – попытался разглядеть Амур, но белокурый родственничек находился с той стороны, где висели его ноги.

– Хочу заснять на память. Улыбочку.

– Поля! Вот доберусь я до тебя – сломанным носом не отделаешься! – горячо пообещал Амур.

– Дамы и господа, представляю вашему вниманию бога страстного желания, влечения и большой чистой любви, – кривлялся Аполлон, посылая воздушные поцелуи на камеру. – Точнее, не целого бога, а его лучшую половину.

Амур попытался пнуть кузена ногой, но не достал.

– У меня сейчас такое страстное желание треснуть тебя чем-нибудь, да посильнее! – прорычал Амур.