Адская нажива

Николай быстрым шагом зашел во двор, отметив что обстановка вокруг все та же, как прежде.

– Но тетушка Лала умирает, – напомнил он себе. – И дома моего вскоре не станет. С теткиным уходом это место перестанет им быть.

На пороге встретили родственники. Сегодня здесь хозяйничали они. Слуги им не мешали.

– Наверно, тетя Лала попросила. – Смекнул он.

Несмотря на присутствие людей, в доме было тихо. Нико поднялся на второй этаж по крутой лестнице. Рассветное солнце пробивалось через стекло витражей, и разноцветные лучи падал на деревянный пол.

Он прошел в прихожую, разулся, скинул пальто и негромко позвал. Его встретил троюродный брат, Шалва.

– Пойдем, – тихо сказал тот, и махнул рукой вместо приветствия. – Она ждет.

Свет в комнате не горел. На большой кровати под балдахином лежала умирающая. Рядом суетились родственники – человек пять. Кто-то тихонько плакал. Нико не было никакого дела до окружающих – вопреки традициям, Гвахария не поддерживал с ними контакта. Да и говорить ни с кем не хотелось. Он подошел к постели.

Тетя Лала спала. Нико заметил, как сильно изменила ее болезнь. Лицо, некогда пухлое, осунулось, черты заострились, и кожа приобрела желтовато-зеленый оттенок.

– Ты надолго приехал? – шепотом спросил Шалва. Брат был на несколько лет младше. Весельчак по характеру, сегодня выглядел печальным. Даже голос звучал обесцвечено.

– На пару дней, – отозвался Нико. – Попрощаюсь, и поеду.

– Разил говорил, что ты сделался большим ученым… – с укоризной произнес Шалва. Нико кивнул.

Разилом звали их общего дядю.

Не родного, – тоже, двоюродного или троюродного. Гвахария сам толком не помнил. Ему тяжело давалось общение с родней. Слишком он отличался от них по характеру. Замкнутый, не любил разговоров, из-за чего приобрел славу человека нелюдимого, угрюмого – хотя в сущности, таковым не являлся.

– Естествознанием, – ответил Нико.

– Ты женился? – Продолжил расспрос Шалва, не замечая, как лицо Нико стало кислым.

– Опять начинается, – подумал он. – Сейчас начнет выпытывать подробности.

– Нет. – Сказал вслух.

– А невеста есть? – Брат не видел, что разговор собеседнику неприятен. – Кто она? Вот посмотри, моя красавица Нанука, – он указал на печальную девушку возле окна, – умница, и прекрасная хозяйка.

Нико без интереса кинул взгляд на девушку. Она и правда была красивая. Высокая, черноволосая, стройная. Одета дорого, густые волосы собраны в замысловатую прическу на европейский манер.

– Пойдем, выпьем домашнего вина, – не унимался Шалва.