Фантом

Эта новость поначалу напугала всех, но Герасим, этот молодой гимназист, довольно быстро успокоил всех. Он сказал, что Хорус желает отомстить тем, кто устроил эпидемию червей! Именно потому им нужно немного подождать...

Василиса не знала, правда ли это, ей оставалось лишь довериться Хорусу. Пока ее покровитель не просил ничего, что она бы не согласилась сделать сама. К тому же, он ей действительно помог, ее Никитка уже уверенно ходил, хотя еще и не мог бегать. Но, по сравнению с тем, что было раньше.

..

От мыслей Василису отвлекает появление в парке двух пожилых женщин, они явно искали ее. Подойдя поближе, самая старая из них, явно немного опасаясь ее реакции:

— Госпожа Василиса, — начала она по привычке с поклона. — Если мы здесь будем жить целый год, будет ли нам позволено обработать земли, что мы здесь обнаружили? Не будет же барин кормить нас бесплатно... — с тревогой закончила она.

Василиса задумалась на секунду, после чего ответила:

— Я спрошу разрешение, когда Хорус вернется.

..

***

На следующий день, надев свой лучший костюм, который сумел купить, я отправился на кладбище. На лице была маска, на голове треуголка, на груди зачарованный нагрудник, а на поясе меч Архидемона. Найти свою могилу оказалось довольно просто. Король не поскупился, заказав у известного мастера мраморную плиту с моим портретом.

И вот, глядя на светловолосого красавца в военном мундире на мраморной плите, мне оставалось лишь кивнуть своему прошлому. Здесь покоился наивный парень, что мечтал своими благими делами исправить этот мир.

У него не получилось. Теперь на его место пришел изуродованный убийца, который выжигает всю эту погань каленым железом.

Правильно ли я поступаю? Принесут ли мои поступки хоть что-то хорошее? Честно говоря, я не знаю. Мне хотелось думать, что хоть что-то мне удастся исправить в этом мире...

— Хоть что-то, — задумчиво киваю на свои мысли.

Как показала практика, как бы ты не был силен, но, если ты один, то ты ни черта не сможешь добиться.

Мне нужны единомышленники, последователи, что пронесут мою волю через вечность. Собственный культ, что будет собирать оккультные знания, а потом делиться с достойными. Кто знает, возможно, я стану тем камушком, что сломает хребет всей этой аристократической шобле.

— Для этого мира нет у меня ничего, кроме горя и моря крови, — тихо бормочу. — А надежда осыпалась осадком на дне огрызка моей души... — кровожадно улыбаясь.