Шварцвальд. Чем дальше в лес

Четыре перламутровых крыла, прозрачных, как лунный камень, сияли за ее спиной, а в груди распускалась золотая лилия, от которой извивались ниточки любви ко всему живому. Одна такая вонзилась Юргу в грудь, его искра дрогнула, превратилась в бутон и, казалось, грозила разорвать ему сердце. Лепетал Людвиг, ругался Финн, но голоса их тонули в сладких напевах дымки. Фейри нашли друг друга. Юрг ощущал, как его нить сплеталась с ее нитью в единую связь. Что-то первобытное, незыблемое, немыслимое накрывало его, как цунами, и Юрг шагнул навстречу этой волне.

– Почему тетя голая? – спросил Людвиг на польском. Юрг учуял вопрос, точно посторонний запах. Король понимал чужой язык и мог сложить звуки в знакомые Людвигу слова, пока вдыхал его дымку. Он вспомнил об этом так запросто и так вовремя, словно мудрость мира и не пряталась от него за семью замками, а лежала под самым носом. Так же легко он вспомнил об эфирах, когда хотел исцелить брата. Должно быть, если не насиловать память, она сама откроется ему.

– Не ма убраня, – ответил Юрг, не придумав ничего лучше, чем «у нее нет одежды».

– Вот, пожалуйста!

Йорг будто понял его и подал фее ветровку. Она отстранилась, с любопытством приняла одежду и вдруг залихватски закинула ее на плечо, разметав вишнево-винные волосы. Меж локонов показались соски. Юрг впервые посмотрел на фею взглядом человека. И покраснел до ушей.

– Н-нет, не так. – Пунцовый Йорг потянулся к фее, отобрал ветровку и развернул ее спиной вперед.

Брат прислонил ветровку к нагому телу, зажал ее ладонями феи, но она и не думала держать ткань. Ворот соскользнул и оголил грудь.

– Кайфовый прикол, – усмехнулся Финн. Он достал телефон и щелкал камерой, но хмурился, глядя на экран.

– Пожалуйста, сложи крылья, – Юрг обратился к фее на родном языке. Она повиновалась, и братья помогли ей одеться, надежно застегнув ветровку на молнию и кнопки. Юрг едва держал себя в руках. Возле феи потусторонние напевы застилали уши, а связь с ней звенела, как струна скрипки.

– Вы пришли за малышом? – спросил брат. Юрг опомнился и шагнул назад.

– Я никуда не ходила, – произнесла она по-немецки. Голос ее звучал, точно хрустальный колокольчик.

– Она и есть малыш, – сообразил Юрг. Он взглянул на нее, после на малолетнего Людвига и снова на нее. – Ты забрала годы вампира, чтобы повзрослеть?

Фея покачала головой да так резво, что ее локоны снова вспорхнули.