Нивей и Аурей (Белый и Рыжий)

Весь этот лихо закрученный сюжет с фонтаном не укрылся от Рыжего сотоварищи, поскольку информация о нем была разлита в пространстве и говорила сама за себя, а всевидящие глаза, про которые упоминалось выше, были, в том числе и их глазами.

Вика отшвартовалась у фонтана, развернув корму так лихо, что сладко заныло непонятно где у не сводящего с нее глаз Нивея. Аурей тоже был задет маневром.

На  бортике фонтана, опустив босые ноги в голубую воду, отдыхали два мальчугана в белых панамах. 

- Как водичка? - полюбопытствовала Вика.

- Теплая, - ответил один из мальчишек. Второй ничего не ответил, потому что был занят: сведя набок сжатые от усилия губы, он ржавым гвоздем отковыривал от фонтана импортную голубую плитку Бизацца. Работенка была не из легких, но он с ней вполне справлялся, о чем можно было догадаться по высившейся рядом с его ногой  кучке уже добытых голубых кусочков.

- Зачем тебе камешки, молодец? - спросила его Вика.

Мальчишка не был расположен к тому, чтобы кто-то прерывал его занятие, поэтому он сердито сверкнул глазами в сторону Вики, но, увидев ее, улыбнулся.

- Камешки в аквариум, - сказал он. Помолчал, потом добавил: - Рыбкам тоже нравится, когда у них красиво.

- Да уж, - согласилась Вика, - аквариум и держат для красоты. Какой ты, однако, добытчик!

Она потрепала панаму на голове мальчика, и тот от удовольствия прижал щеку к плечу и замурлыкал что-то неразборчивое.

" Все это хорошо, - подумала Вика, - но какого черта я здесь торчу?"

И тут она увидела того, кто, по идее, сам должен был ждать ее.

С большим букетом белых роз наискосок через площадь к ней спешил жгучий, очень жгучий брюнет. На нем были блестящие лакированные туфли и отутюженные белые брюки на кожаном плетеном ремне. Темно-бордовая рубашка с короткими рукавами выглядела так, словно она только что освободилась от упаковки. Широко улыбаясь в густые усы, он посверкивал крупными безупречными зубами, а перед ним и, предваряя его появление, катилась ароматная волна сладкого парфюма.

- Прости, дорогая, - объяснил брюнет Вике, вручая ей букет, - задержался на минутку. В цветочном сдачи не нашлось сразу...

Приняв цветы обеими руками, Вика погрузила лицо в их благоухание.

- Прошу прощения... - прозвучало у нее за спиной.

Вика оглянулась.

Это был Геша Филинский, всегда серьезный мужчина неопределенного возраста, лет от сорока до пятидесяти, помощник мэра господина Опивкина.