Конец кошмара

Разумеется, многие не захотели их отдавать — ибо даже перед угрозой неминуемой кончины человек не в состоянии побороть свою жадность, — а другие, которые считались менее полезными, были заранее переработаны в песок лайма, и тем не менее трюм флагманского корабля Тиберия превратился в настоящую сокровищницу, ознакомиться с содержанием которой я смогу после начала экспедиции.

Оставалось только немного подождать. Ну а до тех пор... Хм.

Заняться зарядкой?..

...

...

...

Вечером я снова вышел на прогулку — тропическая ночь, ветер, белые звёзды, — а утром следующего дня наши корабли вышли в открытое море.

Провожали без фанфар. Все церемонии были уже проведены. Данный остров представлял собой исключительно пункт дозаправки, даром, что последний.

Я стоял на корме Тиберия и наблюдал, как этот клочок земли постепенно скрывается за горизонтом; затем посмотрел по сторонам, на два других корабля, которые нас сопровождали, Гамут и Альфонс, испуская в небо клубы белого пара.

.. Собственно, как и сам Тиберий, который за последние годы превратился в пароход. Не бронированный монитор, — последние были ещё слишком несовершенны, чтобы пережить такое продолжительное плавание, — но тоже ничего. Некоторое время он мог идти на угольной тяге.

— Ветер попутный, капитан. Перейдём на паруса? — спросил Дэвид, который смиренно стоял у меня за спиной.

— Давайте. Не будем расходовать уголь без особенной нужды.

Он кивнул и отправился на нижнюю палубу.

Я же достал золочёную подзорную трубу, отвинтил, проверил, чтобы внутри она была набита, как трубка, зелёным песком, и стал методично осматривать линию горизонта.

Данное сокровище позволяло видеть на расстоянии нескольких десятков километров. Незаменимая вещица, хотя и довольно простая по своей сути. Мы приближались к пределам Третьего моря, а значит любая «аномалия» представляла смертельную опасность. Нам следовало сторониться всего, что казалось необычным.

Поэтому не только я разглядывал горизонт. Все матросы на верхней палубе Тиберия то и дело щурились на море. Атмосфера на корабле царила предельно напряжённая, и напряжение это возрастало с каждым днём.

Однако через неделю мы так и не встретили ничего странного.

Иной раз отсутствие неприятностей там, где они, казалось бы, неминуемы, может насторожить сильнее чем собственно сама проблема. Спокойствие в залог — дурное спокойствие.