О носах и замка́х

– А что за открытки вы доставляли? С пожеланиями, вроде: «Желаю тебе споткнуться и свернуть себе шею, Джек»? – со смехом спросил мальчик.

– Что за ужасы, Джаспер?! – возмутился доктор.

– Мистер Киттон мне показывал, – сказал Джаспер. – Он собирался отправить ее одному из своих друзей.

Доктор Доу помрачнел, а невозмутимая Полли Трикк наоборот рассмеялась.

– Что это за мистер Киттон такой с такими вот друзьями?

Доктору меньше всего сейчас хотелось поддерживать разговор о мистере Киттоне.

– Значит, вы почтальон? – спросил он.

– Нет! Конечно же, нет! Я доставляю открытки! Я ведь уже сказала!

– Гм. И это, видимо, что-то иное.

– Конечно! В Льотомне открытки доставляют специальные курьеры. Это отдельная служба, хоть и приписанная к Главпочтамту Льотомна. Вот и я одна из них.

– Значит, вы не почтальон, – подытожил доктор Доу – он до сих пор не понимал разницы.

– Именно. Почтальоны доставляют закрытые письма, а мы – открытые. Это очень важная и ответственная работа – мы разносим мгновенные чувства и самые горячие эмоции: пожелания спокойной ночи или доброго утра, поздравления, напоминания и даже «Желаю тебе споткнуться и свернуть себе шею, Джек».

– А где сейчас ваш аэроцикл? – Джаспер бросил испытующий взгляд на саквояж гостьи, стоявший на журнальном столике, словно чудно́е средство передвижения гостьи могло уместиться в сумке. – И почему «Коржик»?

На лицо Полли впервые наползла тень. По дрогнувшим губам и отведенному в сторону взгляду было ясно, что с ее аэроциклом произошло что-то очень печальное.

– Он сейчас не со мной, – тихо сказала она. – А «Коржик», – Полли тут же улыбнулась и посветлела, – ну, потому что он такой миленький, ну прямо, как… как коржик!

У доктора Доу была аллергия на коржики, и отчасти как раз оттого, что они были «миленькими». У него все милое вызывало отторжение.

– Вы надолго в Габене? – В голосе доктора явно читалась надежда, что эта Полли Трикк забежала на мгновение поздороваться и уже спешит обратно на вокзал, чтобы отбыть в свой странный Льотомн.

– Дядюшка, – одними губами укоризненно сказал Джаспер.

Но Полли ничего не заметила.

– Скоро начнется ренн, месяц дождей, – не люблю дожди, – сказала она. – Это самый нервный месяц. Вот я и подумала: почему бы не погостить у своей любимой тетушки, пока он не закончится? Чудесная идея, не находите?

– Да, конечно, – недовольно буркнул Натаниэль Доу. – А сколько длятся эти месяцы?

– Каждый по-разному. Ренн длится восемьдесят шесть дней.