Институт. Часть 4. Прыжок веры

Как дела? Я слышала, в Институте жизнь наладилась?

Эва покосилась на Ланса, но тот сделал вид, что ничего не замечает, и отправился разглядывать полупустые полки.

— Да, наладилась, — сказала Эва дипломатично, — точно. А у тебя как дела? Пустовато здесь как-то…

Эмма снова вымученно улыбнулась. Она так и стояла, стискивая в руках тряпку для пыли.

— Аренда подорожала. Растеряли всех клиентов… но ещё держимся, как видишь. В этом месяце нас точно никто не…

Она сглотнула, и «не» повисло в воздухе, как висельная петля.

— А что, Сивилла не работает? — спросил из дальнего угла Ланс, и Эмма встрепенулась.

— Приходится экономить на электричестве. Ну так… чем я могу помочь?

— У нас тут такое дело… Ты ведь продаёшь одежду тоже, да? Мы бы хотели купить ботинки. Хорошо бы тёплые… и самые большие, какие есть.

Эмма с удивлённым видом отложила тряпку и вытащила из-под стойки один за другим несколько ящиков. В них лежала весьма неряшливо свёрнутая одежда и разномастные ботинки и туфли, связанные между собой жёлтыми ленточками с ценой.

— Позволь узнать, это кого же ждёт такой подарок? — спросила Эмма с тенью своей былой насмешливости и указала глазами на Ланса, который как раз подошёл помочь: — Это ведь не для твоего парня, правда?

Ланс вспыхнул так, что это было видно даже в скудном освещении магазинчика, но Эва постаралась сделать вид, будто ничего не заметила.

— Подарок, да. На… Возрождение. Для одного… друга.

— Как насчёт этих? — Ланс выудил из ящика кожаные ботинки со следами былого лоска.

— Нет, эти маленькие, — вздохнула Эва, прикинув в уме.

— Ничего себе маленькие!

Они перешли к следующему ящику, но там были почти одни туфли.

— Это ведь подержанная обувь, — заметила Эмма. — Не самое лучшее для подарка.

— На лучшее у нас денег не хватит. Да наш друг не привередливый. О! — возликовала Эва, поднимая за шнурки пару стоптанных ботинок. — Похоже, вот эти самые большие.

Коричневая замша пошла пятнами, а возле шнурков облысела до блеска, но внутри был плотный слой шерсти, и Эва не обнаружила ни одной дыры.

— Этот ваш друг не из Рухляди, случайно? — спросила Эмма странным тоном.

— Точно, — Эва оторвала взгляд от драгоценных ботинок и удивилась тому, какой вымученной и безрадостной выглядит Эммина улыбка. — Ты должна его знать — Колин знает. Он немного не в себе. Наверное, из беженцев. Он не говорит, но…

Но тут Ланс потянул её за рукав.