Институт. Часть 4. Прыжок веры

— Крис, ну пожалуйста, — взмолилась Эва. — Это дело жизни и смерти.

— Все вы так говорите, — ухмыльнулся он, сворачивая с центральной улицы.

— Да я серьёзно же, идиот! Человек обморожение может получить!

— О? И что, собираешься согреть его страстным поцелуем? Бедняга Ланс, он будет так страдать, когда узнает…

Эва почувствовала, как кровь бросилась ей в лицо. Судя по тому, что Стэфен тоже мучительно покраснел и споткнулся на ровном месте, шутка не показалась ему уместной.

На самом деле Эва запихнула в рюкзак своё одеяло (и блинчики), но в её интересах было, чтобы никто не узнал об этом.

Поэтому она выдавила только:

— Ну и свинья же ты, Крис Волверстайн.

— Мадам, ваша несправедливость ранит меня в самое сердце, — сказал Крис со смехом.

Эва хотела ответить что-нибудь колкое — и тут заметила, что они направляются в квартал Лудильщиков.

— Право же, вы слишком плохо обо мне думаете, — и Крик с горечью покачал головой, но излучал при этом ликующее самодовольство.

Сегодня Эва мчалась по улочкам, не вспоминая ни о каких страхах.

Каждый кустик травы, побелевший от изморози, и каждая застывшая лужа на её пути отзывались крохотным укольчиком в сердце.

На пороге сумрачного дома она остановилась, переводя дыхание.

— Эй! Ты здесь? — позвала она шёпотом. — То-только не набрасывайся на меня, ладно? Это я, Эва…

Откровенно говоря, у неё была предательская надежда, что бродяги здесь нет. Но в ответ на её слова раздался слабый шорох, и в коридоре возникла долговязая, сутулая фигура.

Эве пришлось приложить немало сил, чтобы подавить желание убежать, истошно вопя.

— Привет, — сказала она, сглотнув, и её голос прозвучал как мышиный писк. — Ты вчера нашёл курицу?

Бродяга просто стоял и смотрел на неё из полумрака. Может, убежать — не такая уж плохая идея. Оставлю одеяло прямо тут, на пороге, и…

Эва ещё раз сглотнула.

— Я… вроде как пришла в гости. Приглашаешь?

И она сделала шаг вперёд. Бродяга чуть-чуть отступил. Он выглядел настороженным, но не агрессивным, и Эва слегка приободрилась.

Так, шаг за шагом, они добрались до его обиталища. Здесь бродяга ушёл в свой угол и присел на корточки в гнезде из двери, коробок и брезента. Эва посмотрела на его босые ноги, ступающие по ледяному бетону, и вся передёрнулась.

— Ты ведь насмерть замёрзнешь, если будешь так ходить, — сказала она горько. Сбросила с плеч рюкзак, расстегнула молнию и не без труда вытащила наружу своё пухлое одеяло. — Вот, смотри, я тут… принесла тебе одеяло. Дарю. Оно теперь твоё.