Институт. Часть 4. Прыжок веры

— Прости, что я долго, — пропыхтела Эва и добавила в восторге: — Он может говорить, понимаешь? Он запомнил моё имя!

— Отлично, — мрачно отозвался Ланс, поднимаясь. — Пошли отсюда. Я знаю, ты скажешь, что я параноик, но Эмме нельзя доверять.

— С чего ты взял? — спросила Эва с растущим раздражением, потому что именно так он и выглядел сейчас — параноиком.

— Она хотела пойти за тобой, но заметила меня. Сразу сделала вид, что идёт в продуктовый, — Ланс махнул рукой в сторону крылечка с вывеской. — Точно тебе говорю, она неспроста заинтересовалась этим твоим пещерным человеком.

— Как вы все мне надоели со своей осторожностью! — взорвалась Эва. — Хватит, хватит уже, хватит меня поучать, и опекать, и ходить за мной! Тоже мне нашёлся телохранитель!

Ланс опустил голову, будто она его ударила. Он выглядел таким тощим, озябшим, неловким, подавленным, что Эва мгновенно раскаялась в своей резкости. Лучше бы он спорил, орал, ругался с ней в ответ, а не выслушивал всё с такой покорностью, будто это правда.

— Я хочу тебя защитить, — сказал он очень тихо, но отчётливо. — Если с тобой что-то случится…

— Ну брось, — с неуклюжим смешком перебила Эва. — Это же я. Со мной никогда ничего не случается.

Она специально говорила с преувеличенной бодростью, но всё равно успела услышать:

— …потому что тогда мне незачем жить.

У Эвы защемило в груди.

— Ланс, — сказала она испуганно и потрясла его за плечо. — Не говори ерунды, пожалуйста, а?

Он покорно вздохнул и посмотрел на неё так, будто он втрое старше, но неприятную тему дальше развивать не стал, а спросил вместо этого:

— Что у тебя с лицом? Оно всё грязное.

Они стояли прямо под фонарём, и Эва живо вообразила себе, как чудно её заживающие синяки сочетаются с разводами грязи.

— Совсем забыла, — всполошилась она. — Это… это…

Но объяснить это Лансу оказалось не так уж легко.

— Наверное, задела… грязной рукой. Там столько грязи, в этих заброшках…

Ланс слегка улыбнулся.

— Ботинки подошли?

— Налезли точно. Надеюсь, он догадается их на улицу надевать.

Они вернулись в Институт в глубокой темноте. Из-за всего произошедшего голова у Эвы трещала от мыслей так сильно, что она не спала пол-ночи, ёжась под своим покрывалом.

Глава 8. Воскресенье

Поэтому и в воскресенье она встала довольно поздно, и еженедельную уборку в комнате делала весьма лениво, и когда запищал видеофон, с готовностью отшвырнула тряпку.