Испод. Монстр в Париже

Но, разумеется, не рассчитывал что буквально на пороге меня попытается сожрать чужое сновидение, — Фабьен хитро покосился на сыщика и ухмыльнулся.

— Не тяните, — отозвался детектив и несмело отхлебнул из кружки, как если бы подозревал что в ней подмешан яд.

— Он — не мой отец, — буркнула мадемуазель Нуаре де Поль. В комнате воцарилась тишина, настолько плотная от любопытства, что можно было развешивать белье без веревки. Бун неопределенно хмыкнул, а может давно плакал, уткнувшись в коленки, но во всеобщем галдеже этого до сих пор не было слышно.

— Еще до того, как я основал агентство, — торопливо добавил Фабьен. — Так что из присутствующих законное право чувствовать себя обманутым имеет только Лулу.

— Теперь ясно почему монстр из гостиницы смог на вас напасть, — констатировал Зяблицев. — До того момента он питался исключительно отражениями.

— Рождаются, — кивнул француз и огляделся в ожидании новых вопросов, но никто не рискнул.

— Однако, я так и не понял каким образом смог вас оттуда увезти, — пожал плечами Ян, отставляя в сторону пустую чашку.

— Проще простого, — фыркнула дочка шефа. — У отца были причины присматривать за ним и сохранять в живых, чтобы я, по его мнению, не осталась совсем одна. А мне не нужны няньки.

— Лулу имеет в виду что на третьем этаже реальность выглядит несколько иначе и почти всегда позволяет видеть чем занимается твой двойник. А так как вашего отражения там не было, то быстро сообразил чем все может закончиться, если не взять дело в свои руки. Настоящему Фабьену опасность не грозила, а управлять машиной он мог ориентируясь на зеркала.

Расспрашивать подробности этой семейной драмы детективу показалось нетактичным, тем не менее у него еще имелось несколько неприятных вопросов, которые следовало задать.

— Лулу, зачем ты рванула в лифт? — с какой-то отеческой укоризной спросил он.

— Не знаю. Увидела его без сознания, вокруг все в крови. Мне нужно было убедиться что с папой все в порядке.

— И как, убедилась? Это же глупо, зная что твое собственное отражение пострадало, но ты цела...

— Хватит на сегодня, я устал. Кыш отсюда! — на удивление, Нуаре де Поль не паясничал, а был предельно серьезен и даже зол. — Ян Николаевич, на пару слов.