Тайны старой аптеки

Джеймс и мадам Клопп остались в аптечном зале одни. Старуха презрительно бросила:

– Есть родственников? Фу. Если бы Лемони были не такими тощими и костлявыми… Пойду готовить обед. Скоро заглянет миссис Тоун, вдова Филина. Мы на дух друг друга не переносим, так что…

– Филина?! – воскликнул Джеймс. – Того самого? Злодея Золотого Века?

Мадам Клопп сморщила нос.

– Того самого Филина. Будьте с ней настороже.

– Она может учинить что-то… злодейское?

– Миссис Тоун души не чает в этих трех проходимцах, которые вечно норовят проникнуть в аптеку и стащить раствор валерьяны.

Глядите в оба, чтобы коты не проникли сюда за ней.

Джеймс с тревогой закусил губу: посещение вдовы злодея Золотого Века – этот день просто не мог быть хуже…

…– Что-то вспоминается, мэм? – спросил Джеймс, пристально глядя на миссис Тоун.

Женщина свела глаза на кончике короткого скрюченного носа, подняла их к потолку, а потом описала ими пару кругов.

– Пока ничего…

– Мне жаль, мэм.

Вдова Тоун покивала и тяжело вздохнула. В аптеку она пришла за пилюлями для восстановления памяти и, как сказала Джеймсу, они ей были нужны, чтобы вспомнить, что именно случилось с ее мужем двадцать лет назад.

Никто точно не знал, куда именно и в какой момент исчез Филин – в газетах о нем просто вдруг перестали писать. Говорили, что он умер, но при каких обстоятельствах это произошло, было загадкой. Вдова между тем считала, что все знает, вот только никак не могла вспомнить, словно кто-то покопался в ее голове и стер все воспоминания об этом. Она много лет приходила в аптеку, пила свои пилюли и кое-что прояснялось, но крупицы былых событий были слишком разрозненными…

Джеймс ожидал, что супруга Филина окажется чем-то жутким, и его даже постигло разочарование, когда она вошла. Это была немолодая женщина в старомодном полосатом платье с серебристой брошью-совой на лацкане жакетика. В руках она держала ридикюль, обшитый перьями, выпуск газеты «Мизантрополис» из Старого центра и зонтик.

Как только вдова Тоун переступила порог аптеки, прочие посетители, не сговариваясь принялись морщиться и шикать, а потом и вовсе поспешно ретировались на улицу, обходя ее стороной как прокаженную.

Очевидно, все знали, кто она такая.

– Добрый день, Лемюэль, – сказала вдова Тоун подойдя – кажется, она не поняла, что за стойкой стоит вовсе не Лемюэль. – Я пришла за своими лекарствами.

– Разумеется, мэм. – Джеймс протянул женщине приготовленный для нее пакет. Одну пилюлю она предпочла выпить здесь же, на месте.