Тайны старой аптеки

Прадедушка не проявлял признаков жизни, и Джеймс осторожно подошел.

Основатель рода Лемони пребывал в величественной позе, правда всю величественность сводили на нет пыль и паутина. Кисти его рук покоились на груди – желтоватые фаланги были сплошь увиты перстнями с изумрудами. Сбоку на постаменте лежала трость-змея, а у бедра на деревянной подставке – большая бутылка, в которой хранилась модель корабля. Джеймс провел пальцем по пыльному шильдику на бутылке и прочитал: «Таблеринн».

– Именно на нем ты когда-то и прибыл в Габен, – беззвучно прошептал Джеймс.

– Интересно, что стало с твоим кораблем…

Скелет не ответил – да даже захоти он это сделать, ему не было чем, учитывая, что череп сейчас стоял в шкафу наверху.

«Тебе так и не удалось добыть бессмертие, – подумал Джеймс, глядя на скелет прадедушки. – Даже такой гений, как ты, не сумел. И вот ты лежишь здесь, превратился в груду костей, покрылся пылью и паутиной…»

Джеймс обратил внимание, что пыль была не везде. На груди, под сложенными руками, она отсутствовала, при этом одна из пуговиц камзола была расстегнута.

В первый миг Джеймс удивился, но затем его посетила догадка:

«Видимо, пуговицу расстегнул Хороший сын. Должно быть, под камзолом внутренний карман, в котором хранились очки. Может, они все еще там?»

Джеймс потянулся к груди мертвеца, коснулся края камзола, но сунуть руку под него не успел.

– Проклятье! – раздалось неподалеку.

Подняв голову, Джеймс увидел арку в дальнем конце склепа. В помещении за ней блуждало пятно света – Хороший сын там что-то искал, и Джеймс догадывался, что именно.

Подкравшись к арке, Джеймс взялся за ее край и заглянул в проем. Второе помещение было меньше первого, но при этом показалось ему намного более жутким.

Лаборатория прадедушки во многом походила на провизорскую наверху: здесь также стояли столы, загроможденные банками различных форм и бронзовыми аптечными механизмами. Но в отличие от места, где Лемюэль готовил свои лекарства, в лаборатории ощущалось нечто по-настоящему злодейское.

Здесь был хирургический стол с какими-то останками – лежавшее на нем существо даже издали не походило на человека: вытянутое тело напоминало большого червя, свисали и стелились по полу длинные щупальца с присосками, разверстая пасть полнилась клыками, незряче уставились в пустоту три глаза! На монстре, судя по всему, проводили какие-то эксперименты – он был весь иссечен надрезами, из некоторых торчали трубки, подведенные к развешанным над столом банками.